Елена усмехнулась, пожала плечами и положила рядом с моими вещами свой лук с колчаном.
Выехали за город. Ехать было недалеко, так как город очень маленький. Нашли полянку и старый дуб. Повесили с ней мишень. Отошли на тридцать шагов.
— Ну что, Саш, начнём с этой дистанции?
— Давай.
Начали с 30 метров, потом отошли на 50. Позже, стали стрелять с 70 метров и наконец со 100.
— Лена, поправку почему такую делаешь? У тебя стрелы мимо цели уходят. — Делала замечания подруге. Она оправдывалась, и мы начинали снова.
Настрелявшись, собрали стрелы. Потом пообедали захваченной снедью. Елена вытащила из машины губную гармошку.
— Ты что, умеешь на гармошке играть? — Спросила её удивлённо. Раньше я никогда не видела и не слышала, чтобы Елена играла на таком музыкальном инструменте.
— Это папина гармошка. Наверное, забыл в машине. Я её обнаружила, когда мы сюда ехали. Но он меня учил играть. Хочешь послушать?
— Поиграй.
Елена стала выдувать довольно весёлую мелодию. Потом заиграла частушки. Я стала петь:
Как заслышу я гармошку,
Заиграет кровь ключом.
Увлеклась я гармонистом,
А гармошка — ни при чем!
Лена, играя на гармошке, показала мне большой палец. Я продолжала:
Мой миленок тракторист,
Я — его доярочка.
Он в мазуте, я в навозе-
Боевая парочка.
Я вскочила и начала отплясывать. Продолжала петь:
А ты не жми меня к березе,
И не гладь мне по груди.
Ты не думай, я не дура."
"Вот поженимся — тады.
Ах, ты, Вася, милый Вася,
Свое счастье ты проспал:
Сколько раз тебе давала,
Ты ни разу не попал!
Елена закатилась и упала на спину. Хохотала, крича: «Мазила! Как можно промазать? Ой я не могу!» Я тоже смеялась.
Потом ещё посидели немного. Хорошо тут было. Запах, напоенный травами, лесом. Вспомнила слова Николая.
— Лен, а Лен?
— Что?
— Скажи, у вас тут где-то есть место, где в старину было языческое капище.
— Да есть такое. А тебе зачем?
— Не знаю. Говорят, там какая-то жуткая атмосфера.
— Я была там один раз. В общем-то ничего жуткого. Просто как-то неприятно, если честно.
— Это как?
— Вот смотри, мы сидим сейчас с тобой на травке, вокруг разные насекомые летают. Птички поют.
— Ну и?
— А там этого нет. Тишина как на кладбище.
— Далеко это отсюда?
— Нет. Пять минут езды. Правда потом пешком немного надо пройтись, метров триста. Так как на машине не подъедешь.
— Поехали?
— Хочешь, поехали.
Мы сели в машину и Елена, сунув губную гармошку в джинсы, тронулась с места. У меня было странное чувство, как в детстве, когда лезешь в тёмный чулан. Душа уходит в пятки, но ты всё равно идёшь в темноту и каждый раз ожидаешь, что на тебя кто-нибудь прыгнет или схватит за ногу. Вот и сейчас я испытывала нечто подобное. Мы ехали минуты три-четыре. Потом Елена остановила машину, заглушила её.
