— Мы зайдем в таверну. Она не очень далеко. Хозяин мой хороший друг, и мы можем поддерживать связь через него. Живу я в порту, ночую на судах или… Ну, это не важно. Где-то раз в три дня остаюсь в этой таверне. Там есть гостиница, чтобы помыться, привести себя в порядок…
— Хорошо, идёмте, - я встала, показывая, что готова идти за ним.
Через каких-то десять минут мы уже сидели в таверне за столом, накрытым дымящимся рагу, теплым хлебом и сыром. Я отщипывала хлеб и ела только затем, чтобы мужчине передо мной не было неудобно: он ел жадно, торопливо, будто за последние пару дней это был его первый приём пищи.
И тут я поняла, чем он так отличается от Лео. Худобой. Скулы выделялись сильнее, четче, острее. Глаза чуть глубже. Он копил деньги, отказывая себе в каких-то основных, необходимых человеку условиях. Сон и еда! Общая цель нас сблизила, и как-то незаметно мы перешли на “ты”.
— Хозяина, - он указал на крупного улыбчивого мужчину за стойкой, - зовут Михель! Ты можешь оставить ему для меня какие-то известия или передать записку. Я же сейчас последую за тобой…
— Но как? Мы поедем на лошади. Филипп гонит её довольно быстро…
— Я возьму лошадь у Михеля. Узнаю, где ты живешь, и если что-то срочно понадобится или что-то узнаю, обязательно приеду сам или отправлю кого-то, чтобы сообщить, - он наконец, доел и даже как-то осоловел.
— Хорошо, - я не стала спорить. — Может быть, понадобится моя помощь? – предположила я, .прикидывая, какую причину назвать Анне, если придётся неожиданно уехать.
— Нет, - он быстро прервал мои размышления в этом направлении и махнул рукой мальчишке, разносившему еду.
Пришлось подождать ещё пару минут, пока мальчик завернул несъеденные хлеб и сыр. А потом, пока Эдвард говорил с хозяином таверны.
К рынку мы шли вместе. Он вел под уздцы лошадь. Я должна была подойти на рынке к Анне, а он проследить за мной, чтобы, когда мы тронемся, ехать за нами.
Домой мы ехали под болтовню хозяйки дома. Она нахваливала мои украшения, которые, несмотря на отсутствие в них дорогих камней, быстро распродались. Анна протянула мне несколько кругляшей.
— Анна, я возьму половину, потому что продавала ты. Да и за дом…
— За дом ты уже оплатила, дорогая, поэтому… не нужно половину. Возьми все. Свою часть я уже оставила, - она похлопала себя по карману, где звякнули монеты.
Я старалась не оборачиваться, когда слышала позади приближающиеся телеги или всадников: не хотела дать понять своим попутчикам, что кого-то из проезжающих знаю."
"Когда мы въехали в ворота фермы, я предупредила, что хочу сходить к озеру. Хозяева были заняты своими делами и совсем не обратили внимания на меня, на мое странное желание погулять.
