— А вот и мы, — блондин останавливается посреди залы, отпуская мою руку, и отходит немного в сторону, — встречайте очередную Избранную.
Снисходительные нотки в мужском голосе заставляют фыркнуть и вознегодовать в душе. Что они все меня этим странным словом называют?
Избранная то. Избранная сё.
Как попугаи, честное слово!"
"Готовлюсь всё же подать голос, но высокий брюнет, стоящий у окна, сбивает с мысли странной фразой и заставляет навострить уши.
— Восьмая по счету, — он хмуро сдвигает брови.
Смуглый, черноволосый, с фигурой атлета, которую черная приталенная дишдаша не скрывает, а, наоборот, подчеркивает, и лицом настолько выразительным, словно оно вырезано из камня.
— Почему она молчит?
— Применил внушение, вот почему, — пожимает плечами тот, кто привел меня сюда.
Хм, и когда только успел?
Что-то не припомню. Но вдруг?
Ладно, потерплю невыносимую жару еще чуть-чуть. Очень уж хочется понять: что всё-таки происходит?
— Садж, ты уверен в том, что это было необходимо? — недовольно глядит на нас по очереди брюнет.
— Не рычи, Ранур, так всем будет проще, — нисколько не теряется блондин. — Её визга и причитаний, как у трех предыдущих, я бы не пережил.
— А в этот раз точно не переборщил? Она восприимчива? — хмыкает третий.
Мамочки, сколько же их тут?
Третьего-то я и не заметила.
Оказывается, он развалился в подушках на низком огромном диване сбоку и с ухмылкой все это время рассматривал меня.
Шатен, высокий, как и два первых, но в отличие от них, очень крепкий и здоровенный. Про таких обычно говорят — извечный клиент спортзала, помешанный на прокачке мышц!
Его рука, унизанная кольцами, время от времени отщипывает ярко-алые небольшие плоды с одной из веток на огромном подносе, живописно заваленном всевозможными фруктами и ягодами.
Странное дело, сколько не пытаюсь их разглядеть, определить названия не могу, так как не узнаю. Хотя, кажется, повидала и перепробовала за свою жизнь достаточно.
— Уверен, — обходит меня вокруг блондинчик, изучая всю, с ног до головы. — Натренировался на предыдущих. Сейчас она спокойно нас выслушает, а к тому моменту, когда внушение спадет, уже поуспокоится и будет более-менее адекватной.
М-да, слушать о себе в третьем лице, конечно, интересно и познавательно.
Успокаиваться пока не планирую, так как нервничать еще не начала.
А вот понятие адекватности у всех разное. Как по мне, так они от меня даже отстают.
— О, это замечательная новость, — поднимается, не торопясь, с дивана рыжик. А я отмечаю, что его одежда зеленого цвета, словно молодая трава.
Странно, конечно… Недавно читала, что дишдаши у восточных мужчин традиционно только белого цвета.
