Пора и честь, как говорится, знать, – отвесив поясной поклон пустоте, поспешила к комнате из которой пришла.

– Прощай, ребенок. Храни нашу встречу в тайне.

– От всех?

– Кроме семьи. Так будет лучше для всех, кто не готов. – кто не готов и к чему – даже спрашивать не стала, чтобы лишний раз не раздражаться.

– Апаньяр будут приглядывать за тобой, дитя.

Успокоили. Тоже мне родственнички нашлись. Жила без них и еще проживу! Взгляд упал на кулончик поблескивающий между грудей. Красивый. От души отлегло и настроение снова стало ровным, единственное, что в этот момент омрачало его, это волнение за Тони.

В комнате-лифте одиноко валялись мои ласты, видимо, скинутые водоворотом, Подхватив их, я бережно провела пальчиками по трем уже знакомым мне символам и активизировала жабромаску. Бросив взгляд на свое бедро, с удивлением заметила, что царапины на нем нет, совсем нет, словно ее там никогда и не было. Комната быстро наполнялась водой, возник знакомый водоворот и меня понесло наверх.

Оказавшись в верхней каменной комнатке и почувствовав под ногами твердую поверхность, попыталась выйти на связь.

– Стефан, Грегор, прием! Прием!

– Аля! Где ты? Почему не отвечала? – раздался в наушнике голос Грегора, – твой дельфин с ума сошел. Мечется вдоль стены.

– Я тут в расщелину провалилась и связь пропала, вот только выбралась, – я беззастенчиво соврала, – а акула?

– Акулу мы отогнали и вызвали промысловиков с соседней рыбной фермы, они давно за этой хищницей гоняются.

– Хорошо, – выдохнула я, – попробую отсюда выбраться.

– Аля… Аааааляяя… – раздался голос в наушнике зоолингво.

– Тони, славный мой! Я сейчас, – ответила, молниеносно устремляясь к выходу.

Аккуратно и не спеша покинула спасительное убежище и тут же нос к носу встретилась со своим спасителем.

– Испугался… – перевел зоолингво.

– И я за тебя испугалась, – погладив друга по полосатому боку, прижалась к гладкому телу, – спасибо тебе, Тони.

– Держись… – послышалось в наушнике и я схватилась за плавник.

Когда мы добрались до Стефана и Грегора, сил у меня больше не было. Совсем. Даже на то, чтобы улыбнуться.

– Ну как ты, укротительница акул? – усмехнулся добродушный Стефан.

– Могло быть и лучше, – попыталась отшутиться я.

– А зверюгу-то твою поймали, – вклинился в наш разговор Грегор, – рыбаки говорят, что давненько такого крупного экземпляра не видывали. Семь метров десять сантиметров – почти рекорд.

Уже стоя рядом с Лассе на борту «Огонька», я держала в руках зоолингво, смотрела на плывущего рядом дельфина и грустила, надолго прощаясь с другом.

– Буду скучать… – раздалось в наушнике.

– Я тоже, Тони. Я тоже.

Еще какое-то время мы молчали, пока не показался быстро приближающийся берег.