Она изменилась. И дело было не в сменившемся цвете волос и дорогом платье. От неё исходила уверенность, спокойствие и успешность.

— Баронесса Спарроу, — поправила она её с прежней неприязнью.

— Вижу, ваш период скорби по усопшему супругу уже закончился, — поддела её Ольга, рассматривая красивое бледно-сиреневое платье.

— Равно как и ваш, — не осталась в долгу женщина.

— И духи сменили, — принюхалась Ольга, заметив, как смутилась баронесса. Об изменившемся цвете волос она поминать не станет. — Не думаю, что ваш визит связан с моим пребыванием в доме лорда Малгри. Посему, позвольте оставить вас, — улыбнулась она снисходительно и отвернулась, столкнувшись с Мартином.

— Идёмте со мной, — взял он её под локоть и увлёк к выходу из библиотеки.

Она не стала упрямиться — бесполезно же. Знала, что прощения не будет и её ожидает нечто подобное.

Он вёл её в сторону кухни.

— Стэнли и Шэйла вместе? — спросила она напрямик, не рассчитывая на ответ.

— Не совсем так. Вчера он признал отцовство новорождённой дочери, — ответили ей вопреки ожиданию."

"— Значит, вы не уверены в благополучном исходе завтрашнего дня, — затаила дыхание Ольга, замедляя шаг.

— Не уверены, — вскинул голову Мартин.

— Что у Стэнли с рукой? — поинтересовалась она осторожно. — Что он имел в виду под преградой?

— Лорда Джеймса Роулея. Не далее как поутру во вторник они стрелялись, — на удивление спокойно ответил граф.

Святая Дева Мария! Дуэль? Из-за Шэйлы?! — остановилась Ольга как вкопанная. Она столько пропустила!

Значит, они обнаружили пропажу пистолета,* — беспокойно забилось сердце.

— Стэнли же не убил его? — схватила она Мартина за руку и тот нахмурился.

— Всего лишь отстрелил негодяю ухо.

Ольга не думала, что ей будет приятно слышать о подобном. Красавец Джеймс и… без уха! Да перед самым венчанием! Но смерть была так близко!

— Кто сказал виконту, что Шэйла… — с подозрением уставилась на мужчину, увлёкшего её в конец длинного коридора.

— О сим мне неизвестно.

— Граф Мюрай, — с уверенностью сказала она, щурясь на яркий свет редких керосиновых ламп на стенах. — Больше некому. И, разумеется, он вышел сухим из воды, — хмыкнула она.

— Баронесса Спарроу покинула дом матери, — сообщил Мартин. — Сегодня мы ездили смотреть для неё квартиру в Белгравия.

Ого! — ёкнуло сердце Ольги:

— А маркиза Стакей как же? Смирилась?

— Некоторое время она не станет ничего предпринимать. Будет ждать, когда дочь её простит. И она простит, уверяю вас. Воспитание Шэйлы не позволит ей оставить мать без поддержки. Да и леди Стакей умеет быть весьма убедительной. Вам ли не знать.

Ольга кивнула — она знает.

Дом словно вымер.

Мартин шёл рядом с ней, касался её плеча своим плечом, а она не могла ни о чём думать.