Женя не мог не видеть вошедшего мужчину, но даже не повернулся в его сторону, когда плед упал на плечи. Еще через минуту погас свет, и в панорамных окнах стал виден сосновый лес и зарождающаяся луна.

Глава 3

– Просто в один прекрасный день он сказал, что полюбил другую и уходит от меня. А потом ни разу не позвонил. Через неделю я поняла, что беременная. Аборт сделали без проблем, потому что срок был маленький, и только через полгода осознала, что натворила, – рассказывала девушка, комкая платочек в трясущихся руках. – Тогда и появились первые симптомы.

Я кучу врачей посетила, и тут мне говорят, что нужно к психологу…

Макс смотрел на пациентку и совершенно ее не видел. Такие истории он слышал нечасто, но и не в первый раз. Девушка рассказывала про свой возраст, что никогда больше не встретит мужчину своей мечты, потому что вокруг одни козлы, не сможет забеременеть и вообще вся жизнь пошла под откос. Типичная эндогенная депрессия, а все ее симптомы – сыпь, кожный зуд и жжение, головные боли, даже опухшие колени – банальная психосоматика. Работа с пациенткой предстояла долгая, а он в следующем месяце собрался в отпуск.

Засада. Впереди по расписанию был еще один пациент, но того уже готовили к выписке. А дома ждал самый любимый человек на земле."

"Утром Макс приготовил парню плотный завтрак. Конечно, Женя был недоволен, что его разбудили в семь утра, но количество бутербродов и термос с чаем быстро прервали недовольное бормотание. Пришлось объяснить крестнику, что пациенты – товарищи непредсказуемые, и обещать возвращение к обеду Макс не мог. Перед глазами стоял образ сонного, худого парня, прикованного к металлической лестнице.

Спал тот в неудобной позе, задранная вверх рука онемела, на запястье уже образовался синяк. Мужчина все же не был извергом и закрепил наручники к самой нижней перекладине лестницы. Благодарностей, конечно, не услышал, в карих глазах по-прежнему читалась напряженность, но хоть не нагрубил. Он бы предпочел провести день в обществе парня, но пришлось оставить его одного.

В широкие окна бил яркий свет, но уже с другой стороны здания, Женя только так мог определить примерное время. Ночь прошла отвратительно: он с трудом заснул на твердом полу, если бы не плед, то вообще бы замерз, рука быстро затекла, пришлось подняться на ноги и ждать, когда кровь прильет обратно.

Так повторялось раз десять. Когда под утро он вновь отрубился, появился Макс с едой. Заявил, что едет на работу и вернется только к вечеру. Женя был злой и уставший. От безделья вновь хотелось спать. Закованное запястье начало болеть. Желудок безжалостно урчал, требуя еду, ведь бутерброды были съедены три часа назад.