Вот он и не хочет верить, что существуют факты, противоречащие этой концепции, — не хватает у него широты взгляда! И вообще — нельзя же идти против общего течения, даже если это крайне необходимо…
У Василия была удивительная способность: при крупных неприятностях он ложился в постель и мгновенно засыпал. Так и на этот раз — лег и заснул.
Проснувшись, он как ни в чем не бывало пригласил Лизу в шашлычную.
— Поедим с тобой настоящего шашлычка, выпьем бутылочку цинандали, а там — будь что будет!.. У нас с тобой в жизни бывало всякое… Не вешай голову, старушка, одевайся, и пошли.
В шашлычной у Никитских ворот они просидели допоздна. Там было тепло и по-своему уютно. Ни на одну минуту их не покидало сознание того, что они у себя дома, на родной своей земле. Потом они пешком прошли на Красную площадь, молча постояли у Мавзолея, послушали бой кремлевских курантов. В гостиницу вернулись в двенадцатом часу. Дежурная по коридору, протягивая Василию ключи от номера и записочку, сказала по-английски:
— Просили вас позвонить по этому телефону, как только вернетесь.
Василий поблагодарил дежурную, но звонить не стал. В номере он сказал Лизе:
— Поздно, и я не совсем в форме… Позвоню утром, авось до утра ничего особенного не случится.
Утром его опередили. Позвонил по телефону помощник того ответственного работника, у которого Василий был. Он попросил как можно скорее прийти. Тон помощника был вежливый, даже предупредительный.
Когда Василий вошел в кабинет, ответственный работник сказал, не глядя на него:
— Вас вызывает к себе товарищ Сталин…
Василий молчал — ему показалось, что он ослышался.
— Вы должны быть у товарища Сталина ровно в одиннадцать часов.
Только теперь до Василия дошел смысл этих слов.
— Я должен сходить в гостиницу и переменить хотя бы рубашку. Это много времени не отнимет.
Услышав в голосе Василия решительные нотки, ответственный работник махнул рукой:
— Идите, но чтобы одна нога там, другая здесь. Будьте у меня ровно в десять тридцать, живым или мертвым!
— Постараюсь все-таки живым, — ответил Василий и быстро вышел из кабинета."
"В приемной Сталина дежурный секретарь поставил галочки против фамилий приглашенных и попросил подождать. А когда стрелки круглых стенных часов показали ровно одиннадцать, двери кабинета открылись и человек в полувоенной форме негромко сказал:
— Попрошу товарища Максимова.
Василий прошел через небольшой коридор в кабинет Сталина. Ответственный работник остался в приемной, — его не пригласили.
Сталин стоял у камина с трубкой в руке.
— Здравствуйте, товарищ Максимов. Садитесь вот сюда, — Сталин показал рукой на свободное кресло.
— Спасибо, я постою…
— Почему так? Говорят, в ногах правды нет! — Сталин улыбнулся.
