Для вас, господин Печерский, я «Станислав». Вы знаете инструкцию?

Печерский дернул плечом и вспыхнул:

— К чортовой матери!

— Тише, тише, господин Печерский. Помните — я не Александров. — Клемм бросил папиросу и брезгливо поморщился. — Невозможно работать с подобными людьми. Вместо того, чтобы явиться ко мне, вы заставляете меня разыскивать вас и ставить за вами наблюдение. Вместо того, чтобы делать что вам прикажут, вы поддерживаете бесполезное знакомство с господином Александровым и совершаете бесполезное преступление.

— Я был уверен, что за мной следят. Только теперь я понял — это были вы.

— В данную минуту вы совершенно запутали положение.

Печерский закрыл глаза и устало сказал:

— Я страшно устал. Я не спал четыре ночи. Дайте мне папиросу.

— Вы запутали положение.

— Это они, а не я. «Самоотверженные», «мужественные». Мерзавец Мамонов врал, как сивый мерин. Очень хорошо, что я вас встретил. Все идет к чорту. Я здесь как затравленный. Дайте папиросу.

Клемм подвинул Печерскому портсигар, и спросил:

— Какие ваши намерения? Что вы думаете делать дальше?

— Что делать? Бежать, вот что делать.

Клемм усмехнулся и покачал головой. Затем он подобрался, нахмурился и Печерский понял, что сейчас будет самое важное.

— Господин Печерский. Подпольная, подрывная работа есть трудная и опасная работа. Для подобной работы нужно уметь подбирать людей. Лично вы не годитесь для этой работы. Однако, при данном стечении обстоятельств, я не имею лица способного заменить вас."

"Каждую последующую фразу Клемм произносил медленнее и отчетливее предыдущей, с нарастающей силой и упорством гипнотизера.

— Послушайте, господин Клемм… — пробовал возражать Печерский.

— Извольте меня слушать. Произнесенная вами фамилия не более как псевдоним. Для вас я — «Станислав». Извольте слушать. Мамонов — это чушь. Я не Мамонов. Не позже как завтра вы отправитесь к господину Мерц. Постановлением высших инстанций господин Мерц, по-видимому, перемещается с должности начальника строительства на должность консультанта. В результате подобного перемещения, господин Мерц может быть нами использован. Вы имеете доступ в дом господина Мерца?

— Ну?

— Вы имеете доступ в его дом. Я в этом лично убедился. Это главное. Остальное требует более детального обсуждения. Отложим до утра. Ваш образ действий в отношении господина Александрова, — Печерский слегка вздрогнул, — убеждает меня в том, что вы, при известных обстоятельствах, умеете действовать решительно.

— При известных обстоятельствах?..

— Я еще не кончил, господин Печерский.

— А по моему кончили.

Печерский зажмурился, затем открыл глаза:

— Потрудитесь переправить меня через границу. Остальное вас не касается.

— Вы это говорите серьезно?

— Да.