— В булочную, что ли, ушел. Баклуши ведь бьет, прохиндей непутевый.
— Что вы! — воскликнул Виталий. — Это отгулы у него. Заработал! А не пьет эти дни, не хулиганит?
— Чего не было, того не было, — ответила соседка и словоохотливо добавила: — Только с Сергеем Трофимовичем разговор был у них, страсть как кричали. Вера Григорьевна аж слезами, бедная, вся изошла.
— Чего ж это они так?
— Да вот, не поняла я, — с сожалением ответила соседка. — Слов разобрать никак невозможно было. Очень уж Вера-то плакала.
Переглянувшись с Сахаровым, Виталий сказал:— Ладно, гражданочка. Васю нам все равно повидать надо. Впустите? Или на лестнице обождать?
— Оно бы лучше на лестнице, конечно, — поспешно ответила та и прикрыла дверь.
Закурив, Виталий уселся на высокий подоконник. Сахаров, протирая очки, спросил:
— Между прочим, чего о нем хлопотать, если вы его все равно посадите?
— Это бабушка еще надвое сказала… — И, подумав, Виталий убежденно добавил: — А главное, он должен поверить, что есть справедливость. В том, что его уволили, ее нет. А в том, что посадим, если он украл, — она будет.
— Нет, ты мне определенно нравишься, — улыбнулся Сахаров. — Ты мыслишь единственно верными нравственными категориями.
Васька пришел только через час. Он угрюмо оглядел незваных гостей и спросил:
— Забирать пришли?
— Не собираемся пока, — ответил Виталий. — Ты лучше нас в дом пригласи.
Когда вошли в комнату, Виталий без всякого перехода решительно сказал:— Пиши заявление.
— Чего?..
— Пиши, пиши. «Прошу восстановить меня на работе в должности ученика автослесаря. Обязуюсь…»
— Да вы что? Баранников меня в шею с этим заявлением выпрет!
— Не выпрет. Пиши, говорю!
Васька усмехнулся и полез в стол за бумагой. Написав то, что продиктовал ему Виталий, он зло сказал:
— Баранников тоже не сам решил. Ему мой шепнул.
— Это кто такой? — не понял Виталий.
— Материн муж, вот кто.
— Да ведь он тебя сам туда устроил, — вмешался Сахаров. — Где же тут логика?
Васька горько усмехнулся.— Устроил, когда за матерью ударял. Прикидывался! А как вселился, тут я и открыл, какой он есть.
— А какой? Что он — пьет, дерется или еще что?
— Под меня вот копает!
Сахаров взволнованно поправил очки и торжественно объявил:"
"— Если хочешь знать, то он абсолютно не виноват в том, что тебя уволили. Абсолютно! Письмо о тебе направили мы, штаб дружины. Есть основание думать, что поспешили, да! Элемент ошибки присутствует.
Васька смотрел на него, удивленно приоткрыв рот.Потом они все трое поехали на автобазу.По дороге Виталий сказал:— Учти, извиниться перед Баранниковым придется.
В кабинет к Баранникову зашли Виталий, Сахаров и секретарь комитета комсомола автобазы. Васька остался ждать за дверью.
Как ни странно, но Баранников на этот раз не грохотал.
