От одиночества, от тоски спасалась. Когда тебя не было.
— Я ей писал: «Вернусь — вместе будем», — неуступчиво проговорил Васька. — А она…
В этот момент дверь с шумом распахнулась, и на пороге выросла толстая фигура Свиридова.
— Та-ак… Допрос? — громко спросил он.
Виталий сдержанно ответил:— Беседа, Николай Иванович.
— Не имеет значения. Зайдите, Лосев, ко мне.
— Слушаюсь. Вот только…
Но Свиридов раздраженно перебил его:— Фу! А накурили-то! — Он посмотрел на Ваську и резко спросил: — Фамилия?
— Кротов.
— Та-ак… Наслышаны. Хулиганим, дорогой, а? Общественный порядок нарушаем? Это он еще с тобой беседует, — Свиридов кивнул на Виталия. — А ко мне попадешь — другая песня будет. Схватываешь?
— Схватываю.
Виталий видел, что Васька с трудом сдерживается от грубости.— Ну, в общем, Лосев, кончайте с ним и быстренько ко мне, — приказал Свиридов.
Когда он вышел, Виталий минуту подавленно молчал. Теперь все впустую, теперь Васька потерян. И Виталий вдруг ощутил, что он думал сейчас о самом Ваське, а вовсе не о тех сведениях, которые рассчитывал у него получить. Сам Васька, с его тревогами, с его судьбой, с его вероломными друзьями и плачущей по ночам матерью, вдруг стал важен Виталию, даже дорог. Ему так хотелось, чтобы этот парень распрямился, безбоязненно и открыто взглянул вокруг, улыбнулся и зашагал.
Молчание снова нарушил Васька.— Начальничек — с ручкой чайничек… — ядовито сказал он. — Эх, не мы их себе выбираем! — И, покосившись на Виталия, спросил: — Ну, чего делать будем?
Виталий устало улыбнулся.— Прощаться.
Васька еще раз внимательно, с прищуром взглянул на него и многозначительно сказал:
— А ведь ты чего-то хотел от меня. Точно?
— Как-нибудь в другой раз, — покачал головой Виталий. — С какой стати ты мне будешь сейчас что-нибудь говорить?
— Ха! Я, брат, тоже не чокнутый. Разбираюсь, с кем говорю. Вот начальнички все эти твои мне до Фени. Я б ему резанул! Тебя только подводить не хотел.
Виталий вдруг ощутил, как снова появляется нить в их разговоре, и с досадой подумал, что тем не менее разговор этот надо кончать: «золотых фактиков» быть не должно. И, внезапно решившись, очертя голову спросил:
— Вася, где сейчас Косой?
Он ожидал отпора или злой насмешки, но такого испуга, какой мелькнул вдруг на Васькином лице, такой затравленной тоски в глазах Виталий увидеть не ожидал.
— Не достать тебе его, — тихо промолвил Васька. — Нипочем не достать. Далеко он.
Виталий ничего не понимал. Если Васька передал этому Косому украденную в музее вещь — а он ему что-то передал очень ценное, как сказал Олег! — то должен изо всех сил отрицать знакомство с Косым. Тем более если он так его боится.
