Очередной взрыв заставил задрожать холодные серые стены комплекса магосов-генеторов, и над базой взошло второе солнце, голодным пламенем расширяясь в небесах.
Сержант разглядел посадочную площадку, окрашенную багрянцем в фиолетовом рассвете: прямоугольник дневного света среди дыма от выстрелов внутри базы. За Бориско следовали остальные шкуродёры, каждый тащил по одной драгоценной канистре. Малыш держал свою так, словно она была крак-гранатой с датчиком движения, который мог сработать в любой момент. И кроме всего он знал, что так оно и было.
Лейтенант КГА не счёл нужным объяснить им, что именно они забрали из занятого и разрушенного орками комплекса. Зато Павле точно знал, что он и его люди почти закончили задание и через несколько минут отправятся назад в потную вонючую — и всё же столь желанную — “Церберу”.
Но это не мешало его любопытству, что же это за штука такая Г-363, раз осмелившимся подражать легендарным изобретательным силам самого Императора и повелевающим плотью жрецам-генеторам пришлось разрабатывать её в дебрях суровых джунглей.
Таннгейзер нырнул в укрытие у арочного прохода, который оставался единственным, что отделало шкуродёров от внешней части базы. Бориско немедленно последовал его примеру, махнув рукой остальным прижаться к стенам. За его плечом Тремейн поднял лазерный пистолет и сделал то же самое.
Удивительно, но их стремительное продвижение по комплексу не встретило сопротивления. Появление мстящего Ангела Смерти Адептус Астартес отвлекло внимание орков от всего, с чем могли столкнуться Нимрод, Павле и охотники. Внутри слышались вторичные взрывы, но всякий элемент неожиданности прошёл, и Кобург держал наготове автопушку, готовый пресечь любую попытку зелёнокожих помешать шкуродёрам.
И всё же с ними больше не было Касарты. В приливе адреналина от гонки, неся драгоценный приз Тремейна и не встретив ожидаемого сопротивления, они повели себя беспечно. За что оказались жестоко наказаны, когда сработала мина-ловушка, замаскированная в обломках и мусоре у очередного арочного прохода, разорвав рядового на две части. Сержант в очередной раз проклял себя за самоуверенность.
Но сейчас оставалось каких-то жалких тридцать метров до сутулой, похожей на насекомое осквернённой орками “Валькирии”, припавшей к нагретой посадочной площадке, чёрный рокрит которой потрескался от зелёных побегов джунглей. Гайст с жадностью уставился на транспорт.
Под навесом склада ГСМ возникло едва заметное движение. Крут умудрялся оставаться почти невидимым в предрассветных сумерках, всё ещё цеплявшихся за пробудившийся лес. По сигналу наёмника Таннгейзер повернулся и махнул остальным двигаться вперёд.
