Кто придумал это глупое правило, я не знаю. Хотя отец говорил, что так нужно, потому что хранителя ворот не должно ничего отвлекать. Теперь я общался со своими родными, как общаются обыкновенные люди. Только речью. И не мысленной, а обыкновенной, которая летит изо рта в уши. Я мог бы приступить запрет, мой дар у меня никто не отнимал, но боялся перечить отцу.
В тот день мне не хотелось никуда уходить из дома. Будто сердце чувствовало! Однако до меня долетела мысль путника. Он шел к нашему поселению. Правила есть правила. Я даже не попрощался с родными, дело то минутное. Подойти к воротам, настроится на мысли путника. Впустить его или поставить заслон и вернуться домой.
Однако, когда я подошел к воротам, оказалось, что никакого путника нет. И мысли его тоже до меня больше не доносились. Я не знал, что делать дальше. Почтение к наказам отца и деда очень сильно всегда на меня действовали. Наконец, минут через пятнадцать, я понял, что ждать дальше бессмысленно. Была середка лето, небо было безоблачным, все дышало красотой и покоем, а у меня вдруг на душе поселилась тревога. Сначала шагом, потом бегом, я двинулся к дому.
Однако зря я так бежал. В доме было пусто, и больше меня никто не ждал. На столе стояли миски с нетронутым обедом. Я обежал всю деревню. Заглянул в каждый пустой дом. Я понимал, что все это ни к чему, моя семья ни за что не вошла бы в дом без хозяев, но…разум мой совсем помутился. Проклятая сила стала красть людей уже и светлым днем. Мне становилось все тревожнее."
"Не отдавая себе отчета, я даже сел и пообедал. И успокоившись наконец решился! Освободив волю, я попытался мысленно связаться с родными, но было поздно. Все что я услышал, это затухающий голосок младшей сестры, но, впрочем, и он вскоре стих. Итак запрет был нарушен, но это ни к чему не привело. Я попросил животных, которые оставались в хлеву и которые бродили по двору, рассказать, что же произошло, но ни от кого не добился внятного ответа. Всех обуял ужас! Выскочив на улицу, я споткнулся и упал. Моя любимая курица-несушка пожертвовала своей жизнью, только чтобы спасти меня. Она кинулась мне в ноги. Я разбил в кровь ногу, рана была столь обширна, что тут же полилась кровь. На улице, около дома, творилось что-то невообразимое. Из-под земли лезли все новые и новые ветви, они изгибались как змеи и пытались опутать меня.
Ростки были везде, буквально некуда было поставить ногу. Однако моя курочка смогла пересилить страх и решила мою судьбу. После того как я споткнулся и разбил коленку, я сам того не подозревая обрел оружие. Моя кровь убивала ростки и заставляла их съеживаться. Злая воля тут же покарала курочку. В мгновение ока ростки обвились вокруг моей курочки. Птица закричала от боли, и все было кончено.
