Что в Урае и Мегионе студенты-стройотрядовцы ночуют, благо как бы лето, в недостроенных овощехранилищах, которые на сей случай народная молва назвала ""людехранилищами"", не слыхали? Что у нас обеспечение плана строительства стройматериалами и рабсилой в хорошем случае 80 %. Так что уж там газ?!"
"— Ну так и построить сначала дорогу, железку или нормальную автотрассу, по ней привезти все, что нужно. Вон на Аляске на Северном Берегу месторождение Прадхо-Бэй в ту же пору осваивали — без всех этих нечеловеческих страданий и трудовых подвигов. Люди прилетали на две недели-месяц, работали по 10 часов, жили в непросторных, но вполне комфортных условиях — и очень прилично зарабатывали.
— Но не думаете же Вы, что в Сибири, да, однако, и в Москве, не слыхали про аляскинскую нефть? Слышали, читали.
Не то, что Аляска в морозе, Где так избалован народ. Сначала отели, а после Какой-нибудь газопровод.
Балаболов-то, что и говорить, всегда хватало, не то, что хороших сварщиков, тем более, такие патриоты лично-то работать и жить обычно предпочитают внутри Московской Кольцевой дороги. Типа — ""Москва для москвичей, Россия для них же"".
— Ну, и что ж тут плохого?
— Так Прадхо-Бэй был открыт в 1968-м, а первая нефть в Транс-Аляскинский нефтепровод пошла в 1978-м, через десять лет. А Самотлор открыт в 65-м и дал нефть в трубу в 69-м. Через четыре года. У них, правда, условия потяжелее. Средняя температура по январю та же, — минус двадцать два, но в июне в Нижневартовске средняя плюс шестнадцать, а там плюс пять. И навигация у сибиряков по Оби пять месяцев, а у аляскинцев по Полярному океану — шесть недель в году.
— Но нефть за это время никто же не украл? Так и лежала в земле без усушки и утруски.









