Бегло осматриваю два полученных лабиринта и, удовлетворившись увиденным, подхожу к Зорину.
— И все-таки, мне кажется это сомнительной идеей, — недовольно произносит он, осматривая сделанную нами головоломку для детей. — Во-первых, твоя Арина меньше, что уже нечестно, у моей Светы больше шансов найти выход, а не застопориться. Во-вторых, я сомневаюсь, что они поймут, что мы от них хотим и на фига оно вообще им надо? В-третьих, это может травмировать ребенка. Два с половиной года — не время для таких игр.
— Не ссы, твоей почти три. А, в-четвертых, не нуди. Мы же их не в подземелье отправляем, а по травке побегать.
— Напоминает дрессировку собак.
— Да прям. Собаке дают вкусняшку за сделанное задание, а я своей дочери— всегда дам, даже если что-то не сделает.
— Надо же, какая большая разница, — иронично произносит Зорин, разглядывая упаковки с сахарной ватой.
— Не нуди. Ставим их в самое начало и начинаем наблюдать. Кто быстрее найдет выход, тот умнее. Ну ладно, ладно, тот просто смекалистее. Начинаем?
— Тебе люлей за это случайно кое-кто не вставит?
— Было бы за что. Ну что, по местам.
Ставим детей в начало лабиринтов и отходим на расстояние, так, чтобы они нас видели. Демонстративно показываю вкусняшку, от чего моя малая не по-детски оживляется.
— Тихо, Лола, не отвлекай их. Иди сюда, — беру пытающуюся убежать собаку на руки.
— Не могу воспринимать тебя с этой собакой. Она женская.
— Ну главное, что при этом я красивый. Ариша, давай к папе. Ты что там застопорилась?
— Может, потому что она маленькая для этих игр?
— В самый раз.
В момент, когда дочь Зорина начала активно проходить лабиринт, я малость поднапрягся.
— Ай да, папина умница, — поднимаю дочь на руки.
— Прям умница умниц.
— Кто-то тявкает рядом? Ой, показалось. Держи конфету, Ариша, — ставлю дочь на землю.





