Говорят, из-за фамильяра.
— Виллу… надо же, — задумчиво заметил Бутурлин-старший, — это интересно. Ире есть куда бежать… Пожить на вилле академии. Ни одна девушка не откажется от такого… Их ведь всего шесть.
— Ты о чем, отец? — вырвалось у Всеслава. — Ты ей веришь?
— Верю или нет, выяснится на торжественной линейке.
— Ты там будешь? — удивленно уточнил Всеслав. — Но ты не успеешь добраться…
— Я уже на полпути к Москве, — весело усмехнулся его отец, — не переживай. Разберусь. А ты пока не трогай девушку. Женщины, сын, они хитрые и непредсказуемые создания. Недооценивать их главная ошибка!
Всеслав вздохнул, понимая, что спорить с отцом бесполезно. Приедет, и то хорошо. На месте он сразу поймет, какую игру ведет Ирина. А в том, что сестра явно играет на стороне Морозова, он не сомневался. И как же это его раздражало…
Еще раз тяжело вздохнув, Всеслав отправился спать в обнимку с бутылкой.
Глава 7 «Тесты… тесты… тесты!»
Очередное прекрасное утро. Приподняв одеяло, я улыбнулся смущенной Уне. Фея состроила жалобное личико, не отрываясь от своих обязанностей по пробуждению хозяина. Она старательно изображала раскаяние, пока ее язычок приносил мне заряд утренней бодрости и хорошего настроения… М-м-м… Прижав голову феи к своему паху, я окончательно расслабился и лениво подумал, что жизнь, в общем-то, хороша.
— Меньше, чем раньше. Тебе кто-то помогал перед сном? — Уна с довольной улыбкой прижалась ко мне обнаженным телом, по-хозяйски закинув ногу. От былого раскаяния феи не осталось и следа."
"— Да, Мин наконец-то перестала изображать из себя недотрогу. — Кроме нас двоих в спальне никого не было, и я не опасался говорить, как есть. — Как тебе это удалось?
— Девичьи секреты, — хихикнула девушка.
— И что ты сегодня ночью делала? — шутливо нахмурился я. — Как-то с заместителем декана ты быстро контакт нашла.
— Я же не виновата, что она неровно к фамильярам дышит! Особенно таким красивым и обаятельным, как я… Вот и увлеклась немного и забыла тебя позвать… Прости… Только на рассвете об этом подумала, но она уже была никакая — до сих пор спит.
— Ничего, я не сержусь, успеется, — я погладил Уну по голове, как домашнюю кошечку; на лице моего фамильяра моментально расцвела улыбка. — Она ведь еще к нам заглянет?
— Конечно! Я с нее слово взяла! Ух и сладкая она на вкус! А кожа такая нежная! Но не очень опытная и немного зажатая, для гарема не подойдет. Ай! — Уна обиженно запищала, когда я схватил ее за заостренное ухо и потащил с постели.
— Кто войдет в мой гарем, буду решать я. Ты, конечно, можешь давать советы и выражать мнение, но не забывайся. К тому же она заместитель декана. Тебе слово «субординация» известно?
— Да-да, прости, прости, — она состроила такую жалобную мордашку, что я сам собой вздохнул и прижал ее к себе.
