Неужели это она? Девушка, о которой говорила та нахалка — «друг семьи»?

Меня наполнило чувствами обиды, ревности, предательства, ненависти и боли одновременно. Эти чувства заполнили меня, распирая моё тело до предела, а потом полились из меня в разные стороны.

Дальше я уже ничего не слышала. Мои уши заложило и меня трясло. Напоследок я увидела, как нежно он прижал её к себе. И снова гладил её тёмные, длинные волосы.

В тот момент мир вокруг меня перестал существовать. Я аккуратно положила ключи на полочку, взяла пакеты и тихо вышла.

* * *Я шла и шла. Не знаю куда. Несла эти пакеты. Моросил дождь. Капли стекали по лицу, смешиваясь с горячими слезами. В этом забвении я дошла до дома, где мы жили с Игорем. Наверное, мой внутренний компас по привычке привёл меня сюда.

Я сажусь на качелю, кидаю пакеты рядом и начинаю рыдать. Закрываю лицо ладонями и тихо кричу. Проверяю лоб, такой горячий. Боже… Смотрю на свои руки — все чёрные в туши и подводке.

— Девушка, у Вас всё в порядке?

Слышу я знакомый голос, поворачиваю голову, стоит Игорь. Как всегда с иголочки и совсем некстати.

— Игорь?

— Эля? А ты что здесь делаешь? Что случилось? Он тебя обидел?

Что мне сказать? Весь мой вид меня выдаёт. Не хочу признавать, что он был прав. Такое унижение.

— Нет, я просто… Я…

И слёзы подошли снова.

— Пойдём домой, потом разберёмся.

Игорь берёт мои сумки и подаёт мне руку. Поднимаясь по лестнице, я замечаю входящие звонки от Сергея. Пишу ему сообщение: «Сергей, я вас видела на кухне. Больше мне не звони, прощай». Выключаю телефон. И вдруг до меня доходит, что я оставила за тюбиком крема мой тест. Меня словно окатило холодной водой, затем бросило в жар. Только бы они не решили взять этот крем.

Мы заходим домой, и Игорь сразу ставит чайник.

— Мама в санатории. Так что расслабься.

Я молчу. Как хорошо, что её нет здесь. Заваривает мне чай, ставит мёд и шоколадное печенье.

— Ты, Эля, ложись в нашей спальне, я лягу на диван.

Так странно ведёт себя Игорь, чтобы нести мои пакеты, греть мне чай, не устроить скандал, что я ушла к другому, не обвинить меня во всех грехах. Обходителен как тогда, когда мы познакомились. Неужели он понял, как был невнимателен ко мне, жёстким и агрессивным? Я его вообще не узнаю.

— Сделать тебе ванну? — мило предлагает он.

Берёт меня за руку."

"— Эля, я готов начать всё сначала. Я хочу семью, ребёнка. У нас так долго не получалось, но мы что-нибудь придумаем, — тараторит так, что я не успеваю ничего вставить. — Есть ЭКО, в конце концов. Если бы у нас был сын, этого всего бы не произошло.

— Игорь, я не готова сейчас об этом говорить, — виновато опускаю глаза, — ванну не нужно, я приму душ.

— Хорошо, я готов подождать.

Он пытается меня обнять, но я отстраняюсь.