В течение четырех веков эта крепость служила Монтгомери надежной защитой от нападений алчного короля и воинственных соседей. Гевин с гордостью смотрел на мощные стены, окружавшие его дом. Он направил лошадь к реке, а потом, спешившись, повел ее к калитке в стене. Если не считать главных ворот, это был единственный вход в замок. Главные ворота были оснащены опускной решеткой с торчащими шипами. Ее опускали с помощью тросов. Сейчас, ночью, часовому пришлось бы разбудить еще пятерых, чтобы привести в действие подъемный механизм. Поэтому-то Гевин и решил пройти через второй вход, до которого добирался четверть мили вдоль стены высотой восемь футов.

По стене прохаживались часовые. Каждый из них окликал Гевина, когда тот проходил мимо. Ни один рыцарь, если он дорожит своей жизнью, не решится спать на дежурстве.

Во времена правления нынешнего короля Генриха VII многие замки пришли в упадок. Вступив шестнадцать лет назад, в 1485 году, на престол, король решил ослабить могущество крупных дворян. Он запретил им создавать свои армии и взял под контроль производство пороха. С тех пор дворянство лишилось возможности вести междуусобные войны, целью которых был грабеж, и состояния начали таять.

Требовались большие деньги, чтобы содержать замки, и обитатели крупных поместий один за другим стали переселяться в усадьбы.

Но оставались те, кто благодаря умелому управлению и тяжелому труду поддерживали жизнь в древних крепостях. Среди них были и Монтгомери, семья, которую уважала вся Англия. Внутри стен замка отец Гевина построил удобный дом для своих пятерых детей.

Оказавшись в замке, Гевин увидел, что на дворе кипит бурная деятельность.

— Что случилось? — спросил он конюха, которому передал лошадь.

— Господа только что вернулись с пожара в деревне.

— Плохи дела?"

"— Нет, сэр, сгорели дома нескольких торговцев. Господам не было нужды туда ходить. — Юноша пожал плечами, как бы пытаясь сказать, что ему трудно понять этих знатных особ.

Гевин вошел в дом, примыкавший к древней каменной башне, используемой теперь под склад. Несколько рыцарей укладывались спать. Поприветствовав их, он по широкой дубовой лестнице направился в свои комнаты на третьем этаже.

— А вот и наш братец, — весело объявил Рейн.

 — Майлс, тебе не кажется, что он слишком часто ездит кататься по ночам и пренебрегает своими обязанностями? Если бы мы последовали его примеру, полдеревни сгорело бы дотла.

Рейн был третьим из братьев Монтгомери, коренастым и приземистым. Он отличался большой силой. Его облик можно было бы назвать грозным — на поле брани он действительно представлял огромную опасность для противника, — но в обычной обстановке, как сейчас, его синие глаза светились задором, а на щеках играли ямочки.