— А вышагивает он вот как, — добавила Джоан и, расправив плечи так, что лопатки соединились, прошлась по комнате.

— Да, — согласилась Мод. — Он очень гордый. Как и все Монтгомери. У них такой вид, будто они владеют всем миром.

— Жаль, что это не так, — хихикнула Джоан и перевела взгляд на Мод, с трудом удерживавшуюся от того, чтобы не засмеяться.

Но Мод больше волновала ее госпожа, которая никак не отреагировала на их шутки. Мод знаком велела Джоан замолчать.

— Моя госпожа, — тихо сказала она, — может, вам что-либо нужно? Еще есть время до того, как вы отправитесь к церкви.

Возможно…

Джудит покачала головой.

— Мне уже ничто не поможет. Мама хорошо себя чувствует?

— Да, она отдыхает. До церкви путь неблизкий, а ее рука… — Мод замолчала, увидев, что в глазах ее госпожи отразилась боль. Джудит считала себя виновной в болезни матери, а замечание Мод, уже пожалевшей о нечаянно сорвавшихся словах, только усилило угрызения совести. — Вы готовы? — с нежностью спросила она.

— Тело мое готово. Но для мыслей понадобится время. Не могли бы вы с Джоан навестить мою матушку?

— Но, моя госпожа…

— Нет, — перебила ее Джудит, — я хотела бы остаться одна.

Возможно, это последние мгновения, когда я могу побыть в уединении. Кто знает, что готовит нам завтрашний день? — Она опять повернулась к окну.

Джоан собралась было запротестовать, но Мод остановила ее. Джоан не могла понять Джудит. Ее госпожа богата, сегодня она выходит замуж Более того, ее жених настоящий красавец. Почему она не радуется? Джоан пожала плечами, и Мод подтолкнула ее к двери К свадьбе Джудит готовились несколько недель. Собирались устроить роскошный прием, который обошелся ее отцу в сумму, равную годовому доходу.

Джудит вела учет всех покупок, занося в гроссбух расходы на тысячи эллов[2] ткани для того, чтобы обить стулья для гостей, на продукты для стола: тысячу поросят, триста телят, сотню коров, четыре тысячи пирогов, начиненных паштетом из оленьей печени, триста бочонков эля. Список был бесконечным.

И все это ради события, которому она противилась всей душой.

Большинству девушек, но не Джудит, с детства прививали сознание того, что они когда-нибудь выйдут замуж.

С первого дня она воспитывалась в совершенно ином духе. Ее мать была измучена долгими годами, проведенными рядом с жестоким мужем, который после рождения дочери использовал любую возможность, чтобы истязать свою жену. Сердце Элен было отдано Джудит с того момента, когда она взглянула на рыжеволосую новорожденную. Она всегда боялась дать отпор мужу, но ради малышки была готова на все. Она мечтала обеспечить своей дочери защиту от жестокого отца и на всю жизнь огородить ее от подобных ему мужчин.