Раздираемый между желаниями накинуться на Алана Ферфакса и догнать свою жену, Гевин несколько секунд задумчиво смотрел ей вслед. И Джудит победила в этой тяжелой борьбе: подбежав к ней, Гевин обхватил ее за талию и приподнял. Алан поспешно скрылся в зарослях, чтобы не мешать влюбленным.

— Если ты не угомонишься, я посажу тебя на дерево и буду держать там, пока все твое тело не закостенеет. — Эта страшная угроза заставила Джудит успокоиться. Так и не отпустив ее, Гевин сел на землю. — Вот так-то лучше, — заключил он. — А теперь я буду говорить с тобой, а ты слушай.

Ты публично унизила меня. Нет! — предупредил он. — Ты будешь молчать, пока я не закончу. Я могу терпеть, когда ты ставишь меня в дурацкое положение на глазах у обитателей нашего замка. Но ты решила заняться этим здесь, в замке короля, и теперь надо мной смеется вся Англия. Я сыт этим по горло.

— Зато я получила хоть какое-то удовольствие, — ухмыльнулась она.

— Вот как, Джудит? Значит, тебе это нравится?

Она заморгала.

— Нет, не нравится. Но не я виновата в том, что все так получилось.

— Ты права. Ты почти ни в чем не виновата, но я сказал тебе, что люблю тебя, и попросил прощения.

— А я ответила…

Он заставил ее замолчать, приложив ладонь к ее губам.

— Я устал бороться с тобой. Ты моя жена и моя собственность, и я намерен обращаться с тобой исходя из этого. Не будет никакого развода. — Его глаза потемнели. — И ты больше не будешь гулять по парку с молодыми рыцарями. Завтра мы покидаем этот рассадник сплетен и возвращаемся домой. Там, если понадобится, я запру тебя в башне. Пройдет много времени, прежде чем замолкнут злые языки, однако мне по силам заткнуть глотки тем, кто смеется надо мной.

 — Он остановился, но Джудит продолжала хранить молчание. — Мне жаль, что Элис удалось подстроить нам ловушку, и я вместе с тобой скорблю о смерти нашего сына. Но развод не может изменить прошлое и повернуть время вспять. Нам остается только надеяться, что скоро ты зачнешь еще одного ребенка, чье рождение поможет тебе справиться с болью. Пусть ты не согласна со мной — мне это безразлично, я все равно намерен действовать по-своему, — Гевин заранее обдумал каждое слово, но Джудит не отвечала ему. Она сидела опустив глаза и сложив руки на коленях. — Тебе нечего сказать мне? — наконец не выдержал он.

— А что мне сказать? Кажется, мне запрещено иметь собственное мнение.

Гевин устремил взгляд вдаль.

— Неужели подобная перспектива так тебе отвратительна?"

"Джудит больше не могла сдерживаться. Она рассмеялась, и Гевин удивленно уставился на нее — Ты утверждаешь, что любишь меня, что запрешь меня в башне, где мы провели столько ночей, предаваясь любви и ласкам, что будешь держать меня подальше от людей.