Наран выглядел еще более внушительно, чем Роар, только зарос в буквальном смысле слова до подбородка, словно вот-вот собирался обратиться. А вот у Рокхета лохматость оказалась вполне умеренной. Не так, как я люблю, но все же гораздо лучше, чем у старого друга.

Вообще, если уж сравнивать волков с котами, то мужчины нашей породы все больше гибкие, узкокостные и жилистые. А эти как на подбор – мускулистые, здоровенные. Двигаются неторопливо, размеренно, словно не моются, а, бездна их задери, совершают омовение в королевских купальнях! С одной стороны, смешно было наблюдать, как это происходит в мутном от поднявшегося ила озере. А с другой, как ни крути, на здоровые мужские тела всегда приятно посмотреть.

Когда же лохматые поняли, что за ними наблюдают, стало еще интереснее. Они сперва озадачились, потому что ни одна волчица не позволила бы себе то, что делала я. Затем нахмурились, поняв, что мне это безумно нравится. И наконец занервничали, потому что, когда пришла пора вылезать из воды, я все так же нахально их изучала и не собиралась никуда уходить.

– Миледи, может, вы отвернетесь? – первым подал голос Наран, выжидательно на меня уставившись.

Я вместо ответа развалилась на траве и насмешливо фыркнула.

– По-видимому, это означает «нет», – перевел мои действия Рокхет. Наран после этого смешался, а на скулах рыжика снова вспыхнул предательский румянец.

Ой, не могу. Да любой кот на его месте, наоборот, приосанился бы и вышел, стараясь сделать это как можно соблазнительнее! Всего себя показал бы в надежде, что я заинтересуюсь. Обнаженное тело, что мужское, что женское, это ведь так естественно! А если оно при этом еще и красиво, то сам бог велел его демонстрировать. Но увы, волки моего мнения не разделяли, поэтому еще дальше попятились в воду, чтобы я, не дай бог, не увидела, что там и какой длины у них растет. Совсем закомплексованные, что с них взять? И как таким объяснить, что это преступление – прятать такие роскошные тела под одеждой?

На пару мгновений над озером повисла гнетущая тишина.

Но потом Рокхет скривился и, отбросив с лица влажные волосы, первым двинулся к берегу. И правильно, я его уже всего видела, с ног до головы, так что ничего нового он мне показать по определению не мог. Но я все равно не без удовольствия наблюдала, как его сильные бедра разрезают темную воду, как медленно стекают по широкой груди влажные капельки. Едва не расхохоталась, когда выбравшийся из воды волк совсем уж по-звериному встряхнулся. И лишь когда он начал так же неспешно вытираться, со смешком перевела взгляд на остальных.

Ну? Дозрели? Хватит ли у вас смелости повторить подвиг вожака?"

"Увы и ах.