— Давай сделаем это вместе, — на панике нахожу самый оптимальный вариант.
Сажусь в кресло, которое хранит тепло Агаты, притягиваю ее к себе и устраиваю на коленях. Киваю на папку, требуя ее развернуть.
— Хорошо, — открывает и листает, лихорадочно сминая края бумаги и надрывая в некоторых местах.
Провожу ладонью по спинке жены, успокаивая ее, целую в щеку, касаюсь губами острого подбородка. И отклоняюсь, чтобы видеть лицо.
Пока Агата вчитывается в результаты, я неотрывно смотрю на нее. Впитываю каждую эмоцию, анализирую.
Судя по тому, как она бледнеет, делаю вывод, что… у нас ничего не получилось. Обнимаю жену крепче, готовлюсь утешать. И ругаю себя мысленно: надо было отговорить ее от ЭКО. У нас есть трое замечательных детей. А все эти лишние мучения были ни к чему.
Все зря…
— Шикарная моя, — подбираю правильные слова, — даже если результат…
— Положительный, — перебивает меня резко.
— Что? — выпрямляюсь от неожиданности. И Агата ерзает у меня на коленях.
— Я беременна, — сипло произносит, чуть не плача, и улыбается. — У нас будет еще один крошка Туманов, — отбросив бумаги, обвивает мою шею руками.
— Серьезно? — не могу отойти от шока.
Нет, я мечтал об этом вместе с Агатой, но… Не верил до последнего.
— Адам, прекрати, — заливисто смеется она над моей реакцией, хлопает меня по плечу игриво и опять обнимает. — Да!
— Лучшая новость, — заторможено выдаю.
Жена укоризненно качает головой, вздыхает протяжно и шумно, а потом целует меня. Ощущаю улыбку на ее губах, пробую, наслаждаюсь вкусом. И расслабляюсь сам.
Скоро я буду отцом. Еще раз.
— Мам! Пап! А Васена сегодня двойку за поведение получила, — из холла летит звонкий голос Ксюши.
— Фу, ябеда-корябеда, — кривляется та в ответ и, обогнав сестру, раньше нее забегает в кухню.
— Женщины просто невыносимые создания! — надменно, с налетом снисхождения говорит Макс.
Не знаю, где он набрался таких фраз, но каждый раз получаю за него от Агаты. Она убеждена, что именно я учу его плохому.
— Что? — фыркает она. Опять меня обвинить собирается.
Рассмеявшись, чмокаю ее в щеку. Встаем за секунду до того, как в кухню заходят Бересневы. В верхней одежде. Они планируют передать нам детей, как обычно, и уехать домой, чтобы не мешать. Однако сегодня особенный вечер. Думаю, Агата хотела бы провести его с родителями.
— Сергей, а ты почему с пустыми руками? — многозначительно смотрю на тестя.
Агата толкает меня в бок. Но ведь сама молчит! Не спешит сообщать радостную новость. Стесняется. На мои плечи эту миссию возложила. И я справляюсь, как умею.
— А? Мы о чем-то договаривались? — теряется Береснев, почесывая подбородок.
— Старость не радость, — тяну я с сарказмом под глухой кашель жены. — Но тебе можно. Скоро четырежды дедом станешь!
Сергей не реагирует.
