– Это все мелочи, – с самозабвенным азартом снова заговорил молодой человек, чтобы сменить неудобную тему разговора. – Вы вот говорите, что это католики такие-сякие, а православие – истинная вера.

– Я этого не говорил, – остановил управляющего священник. – Я не осуждаю католиков и осуждать не могу. Каждый идет своим путем. И католики, и православные – все мы христиане.

– Ну да, конечно. Только вот вы говорили, что это католическая церковь крестовые походы организовывала.

– Опять ошибка. Крестовые походы организовывала не католическая церковь, а рыцари, исповедующие католицизм. Они, искренне веря во Христа, по своей инициативе и на свои средства отправились в Палестину освобождать гроб Господень. Не путайте.

– Хорошо, – не унимался Прокопенко, – а православная церковь разве не поощряла братоубийство?

– Ого! – искренне удивился теперь уже священник. – Теперь уже вы сами загнули, Николай Петрович. Это когда же, по вашим сведениям, православная церковь поощряла братоубийство?

– Да всегда священники благословляли армию, которая отправлялась на войну.

– Ах, вон оно что. Вы кислое с пресным не путайте. Не путайте братоубийство и защиту интересов государства. Вы еще забыли сказать, что испокон веков в воинских частях находились полковые священники. У них даже свое управление было. Но эти священники должны были обеспечить отправление культа для верующих солдат, поддержать их дух, исповедать и отпустить грехи тем, кто умирал, отпеть погибших. Это духовная поддержка воинов, а не благословление бойни. Вы захватчиков братьями считаете по мирским меркам? Нет? Защиту паствы православие всегда поощряло и не проповедовало смирения перед врагом. Только священники никогда не брали в руки оружия и не участвовали в боях.

– Так уж? – обрадовался Прокопенко новому, пришедшему ему на память доводу. – А во время Куликовской битвы не монах Пересвет вступил в поединок с Челубеем с копьем в руках?

– Монах, – согласился отец Василий, глядя добродушными глазами на молодого человека.

– Вот! – наставительно поднял палец Прокопенко. – Вот я вас и поймал на несоответствии.

– Каком? – с самым невинным видом спросил священник.

– Как «каком»? – опешил управляющий. – Вы же сказали, что священники никогда не брали в руки оружия, а поединок Пересвета признали.

– Конечно, признал. Пересвет не был священником."

"Прокопенко открыл было рот, но не смог сказать ни слова. Он ничего не понимал. Отец Василий закончил любоваться замешательством крайне самоуверенного молодого человека и стал объяснять, чем монахи отличаются от посвященных в сан служителей церкви.

– Монашество – это община верующих, которые хотят отречься от всего мирского, искупить грехи прошлого или провести остаток жизни в молитвах, покое.