Вы не имеете ничего против?

— Вы о чём? — не поняла я.

— Мы сговорили вас в больницу к Звереву. Вы не стали возражать, но может быть, вы не хотите? Какая часть нашей работы наименее неприятна для вас?

Чего? Неприятна?

Я задумалась.

Вообще, если честно, я мало думала о том, приятно мне или нет. У меня нет установки на то, что работа должна быть приятной. Думаете, я получила дома педагогическое образование потому, что очень люблю заниматься с детьми? Ничего подобного, я просто смогла туда поступить с моими результатами ЕГЭ. Подавала-то и на исторический, и на журналистику, и на психологию, но там конкурс был больше.

Конечно, здорово, когда на уроке что-то получилось, и не просто у меня, а вместе с детьми, но на практике так вышло всего-то раза два, а обычно — просто урок, просто организовать детей, не дать им ломать мебель и бегать по потолку, занять с пользой."

"Или то, как я на кафедре работала — тоже не работа мечты. Нет, коллектив отличный — пока не принялись оптимизоровать. Я уважала наших преподавателей и с радостью решала их проблемы, меня уважали в ответ и за то, что и как я делаю. Но если подумать — что за работа-то, побегушка какая-то.

Пойди, принеси, найди, сделай, всем сообщи. Ничего, делала.

И если бы я осталась дома, мне не светило никакой работы мечты. Да и не знаю я, что такое работа мечты. Поэтому…

— Да нормальная работа, — пожимаю плечами. — Кто на кого учился, в общем. И раз я училась на мага-некроманта, то куда теперь деваться-то? И ладно бы училась по собственному хотению, а то ж просто по стечению обстоятельств.

— Потому что так угодно высшим силам? — вдруг усмехнулся он.

— Не знаю ничего о высших силах, — отрезала я. — И вообще всё странно.

Но я должна отработать тут пять лет, это нормальная практика. Мне не грозит принудительная отправка на завод или снова оказаться в компаньонках у какой-нибудь престарелой маньячки. Или вовсе делать что-нибудь неприличное ради того, чтобы не умереть с голоду. Ну да, работа специфичная. Но я, кажется, умею её делать, и намерена делать хорошо. Вопросы?

— Я ни мгновения не сомневаюсь, что вы умеете и намерены делать хорошо. Просто хотите ли вы к Звереву в больницу?

— А варианты? Где-то нужен штатный охотник на нежить? Тоже — то ещё дело. Вы вот чем обычно занимаетесь?

— А всем, — сообщил он.

— Осмотром убиенных и умерших на дому и на улицах, особенно — если свидетели говорят о драке или нападении. Выяснением обстоятельств, приведших к смерти — если больше это сделать некому. Охотой на нежить — она встречается регулярно, если вы не сталкивались, то ещё столкнётесь. Нет, я помню, что вы сталкивались, да с такой, что не вдруг найдёшь, если для чего-то понадобится, но обычно у нас попроще.

— Я рассказывала на экзамене Афанасию Александровичу, — тихо сказала я.