Нет никаких сомнений: возникни необходимость – и спятивший искин спустит их с поводка, дабы настигнуть беглецов. Именно эта пара гончих и делала невозможным побег на старой, но все еще резвой яхте.
Фрегаты лишены брони, имеют только силовой щит, который вполне возможно просадить в ноль одной-единственной торпедой с обычной боеголовкой. Энергонакопители быстренько его восполнят. Правда, только раз. Но их истребители поголовно вооружены термоядерными фугасами. Конечно, сомнительно, что в результате детонации на щите торпеда уничтожит цель, но это гарантированно выведет корабль из строя.
А вот вооружение фрегатов внушало уважение. Торпеды, ракеты малой дальности, две артустановки и иглометы. Плюсом к этому – высокая скорость и маневренность. Генератор свертывания внутрисистемный и способен обеспечить прыжок не далее пятидесяти астрономических единиц. Но при этом на форсаже корабль разгоняется для прыжка всего лишь за час. Уйти от такого преследователя попросту нереально.
Едва рейдер вышел на атакующий курс, как вокруг него тут же появилась целая россыпь отметок. Их число быстро возрастало, они расходились эдаким конусом в сторону Уллис.
Андрей нервно сглотнул и облизал вдруг пересохшие губы. Признаться, он готовился к последнему и решительному. Будь возможность, Леднев предпочел бы отступление или, если хотите, бегство. Но они загнаны в угол. И ладно бы еще понимать, что можно подороже продать свою жизнь, так нет же. Их противники – бездушные машины, которые вскоре восполнят свои потери, и все повторится вновь, но уже в другом месте и с другими целями.
Лейтенант был прав, когда говорил о том, что «Призрачный рейдер» двенадцать раз отправляли восвояси зализывать раны и дважды в одном и том же месте он не появлялся. Только вот Хотой забыл уточнить, что в последний раз успешное отражение атаки «Призрака» случилось десять лет назад. За прошедшее время корабль успел разобраться с двумя станциями и одной базой. Причем те его изрядно потрепали, а он так и не отступил. Это означало одно. Искин рейдера учился, нарабатывал опыт, совершенствовал тактику боя. И, быть может, сегодня уже неправильно считать его кораблем второго поколения.
Впрочем, забыл лейтенант или намеренно умолчал, не имело значения. Бегство – это гарантированная гибель. Шанс выбраться из этого дерьма только один. Драться. Эта мысль беспрестанно билась в голове Андрея птицей в клетке.
Леднев думал, что после Океании окончательно изжил из себя страх. Но, как оказалось, это не так. С каждой минутой он все сильнее сжимал свои тиски, заставляя учащенно биться сердце, пережигая целую уйму кислорода. Скорее бы уже началось! Ждать никаких сил не осталось.
