Так мы и неслись, метров пять, пока не поняли, что шпильки к пробежкам не располагают.
Вскоре, продолжая весело переговариваться и прикалываться друг над другом, мы достигли дома Мии. Она, махнув мне рукой, ушла к себе, а я продолжила путь. Мой дом располагался на соседней улице. Белая обшивка стен и черепица бежевого цвета. Забор, единственный на улице, был окрашен нами с Мией в ядовитый красный цвет, что, несомненно внесло некоторый креатив.
Я миновала калитку и прошла по выложенной брусчаткой дорожке между фигурными кустами к двери дома. На заднем дворе виднелся надувной бассейн и сетка, натянутая ещё месяц назад для игры в волейбол. Но жара не способствовала спорту.
— Я дома! — объявила, распахивая дверь.
Пахнуло свежестью. Раздались переливы классической музыки. Судя по всему, мама врубила все кондиционеры в доме. И наслаждалась уединением. Китти, моя сестра, не переносила классику, следовательно, дома её не было.
— Блудная дочь вернулась?!
Мама появилась из дверей зала с двумя стаканами лимонада в руках. Она у меня красавица, и во многом я пошла в неё. Каштановые кудри были собраны в небрежный пучок на затылке. Иногда я завидовала ей, мои волосы лишь вились. Карие, вздернутые у уголков глаза смотрели с теплотой и любовью. Пухлые губы расплылись в доброй улыбке. Но слишком многое я унаследовала от отца, что меня весьма раздражало и злило до нервной дрожи.
Любовь к маме сливалась с благодарностью. Когда мне было шесть, а Китти четыре выяснилось, что у отца есть ещё одна семья и ребёнок. Мама тяжело переживала развод, но не расклеивалась. Переехала с нами в штаты, сделала успешную карьеру врача. Смогла вырастить нас, дать образование и цели в жизни. Но главное, она стала не просто матерью, но и другом, к которому я всегда могла прийти за советом, будь то вопрос по сложной лекции или проблемы с мальчиком. С возрастом я всё реже к ней обращалась, но знала, что могу прийти с любой жизненной проблемой.
— Меня не было чуть меньше суток, — приняла стакан и с наслаждением отпила фирменный лимонад с лаймом. Но сразу же поморщилась. — Ты перепутала стаканы, — проворчала, ощутив в напитке алкоголь.
— Упс, — мама весело рассмеялась, и быстро поменяла наши стаканы. — Как прошли съемки?
Мы проследовали через просторный коридор в сторону гостиной на первом этаже. Шторы задёрнуты, потому в комнате царил полумрак. На стене тихо гудел кондиционер, а музыкальный центр издавал скрипичный мотив неизвестного мне произведения.
— Отлично.
— А вечер?
— Это было ужасно. Винсент напился, поругался с Брендоном. И они подрались, — звонко ударила в ладони, иллюстрируя столкновение кулака моего бывшего с лицом нынешнего.
Мама теперь громко рассмеялась, помотав головой. Особо удивлённой не выглядела.
