— Чудесно, чудесно… — Предисловия были завершены. Индия была на расстоянии восьми тысяч миль, и эта волшебная земля слонов и пряностей не имела отношения к настоящим неприятностям, случившимся здесь, дома. — Полагаю, ты слышал о том, что у нас тут произошло?

— Слышал, — ответил Торнтон. — В газете, которую я прочел в Лондоне, говорилось, что мальчишка Холлис находится в критическом состоянии.

— Теперь думают, что он выкарабкается. Я видел его вчера в больнице, и, судя по всему, он выживет. Но полицейский мертв.

— У полиции есть какая-нибудь версия о том, кто это сделал?

— Они мне не говорили, — сказал Райерсон.

— Почему?

— Слишком много подобных событий происходит в Майами. Они ищут, кого бы прижать для примера, чтобы другим неповадно было.

— Но почему нас?

— Они считают, что это было работой нашей конторы. — Райерсон соединил кончики коротких пальцев. — По словам Холлиса, их путевой лист был в порядке.

— Все это ничего не доказывает.

— Ничего. Но чертовски похоже на то, что те, кто это сделал, знакомы с нашими порядками не понаслышке. Билл, с тех пор, как это произошло, у нас побывали следователи всех рангов и ведомств. Бюро внутренних расходов заново просматривало все книги. Агенты ФБР вежливо говорили по телефону.

— Они не предъявят вам такое обвинение.

— Конечно, нет. Но пока суд да дело, мы теряем клиентов. А уж коли вмешались федеральные власти, то бог весть когда это все кончится. — Он взял со стола слегка помятый листок белой бумаги. — Меня просят оказать максимальное содействие мистеру Стивену Дэйну, специальному агенту Департамента финансов.

— Что вы намерены делать?

Райерсон ответил не сразу. Он сидел, сжимая в пальцах бумагу с печатью Департамента финансов. На лице у него было такое выражение, словно он держал в руках свой собственный смертный приговор. Подняв наконец глаза от бумаг, Райерсон сказал:

— Все и каждый суют свой нос в это дело. Просто какой-то следовательский сезон. Я полагаю, что нам самим пора выяснить кое-что. Билл, я хотел бы поручить это тебе.