Он пролистал папку с несколькими листами бумаги, исписанными моим почерком.
— Вот этому я не могу дать ход.
— Почему?! — я не смогла удержать слёз.
— Или оставлю, но тогда начну выпытывать, где вы достали сильные наркотики. Употребляете, значит, знаете точки…
— Нет. Нет. Нет. Вы ошибаетесь!
Следователь захлопнул папку и подался вперёд, резко переходя на «ты»:
— Ошибаешься здесь только ты, Трофимова. Не всегда схема «выдоить побольше бабла из мажора» срабатывает. Судя по всему, провела время ты довольно весело. Винить в том, что тебе не удалось провернуть схему, можешь только себя.
— Вы не примете моё заявление? — с ужасом спросила я.
— О чём? О том, что ты занялась сексом, будучи пьяной, и не знаешь, с кем это произошло?
Следователь покачал головой.
— Нет, Трофимова. Проваливай и не морочь мне голову. У меня три трупа нераскрытых только за прошедшие сутки, а тут ты со своей продолблённой щелью.
— Я буду жаловаться вашему начальству! — вскочила я.
— Жалуйся, — пожал плечами следователь. — Именно он мне и посоветовал заниматься реальными делами, а не истеричными, алчными девками.
Поход к начальству в погонах ничего не дал. Я просидела несколько часов в холодном коридоре, едва удостоилась хмурого взгляда и была выпровожена обратно к следователю. Тот самый начальник и привёл меня обратно. Рывком распахнул дверь.
— Какого хрена она ещё тут делает?
— Я говорил, Михаил Антонович, — развёл руками следователь.
— Плохо, значит, говорил! — рявкнул начальник. — Долго ты будешь вату катать? Или работой займёшься? Выпроводи эту дуру!
— Но… — возразила я.
— Значит так, охотница за кошельками, уходи по-хорошему, — посоветовал начальник. — Пока в шалаву с панели не записали и не закрыли на пятнадцать суток! Хочешь?
Я посмотрела на решительно настроенного мужчину в погонах. Тяжёлый взгляд, полный цинизма и пренебрежения.
Я отрицательно покачала головой.
— Вот и проблема решена. А ты, Семёнов, фильтруй мусор от настоящих дел, или утопишь наш отдел в нераскрытых «висяках»!
7. Алёна
Дежурный выдал мои вещи. Я сгребла мелочь в сумочку. Её прихватила Тамара, когда привезла меня в участок. Оказывается, тогда в комнате, моя сумочка была при мне, а я даже не заметила этого.
Я доехала до клуба.
Мне претило возвращаться туда, но надо было поговорить с Тамарой. Но почему-то я думала, что она не захочет меня видеть.
Охранник Дима не пустил меня с парадного входа, мотнул головой:
— Обойди. Зайди с чёрного входа, с торцевой стороны здания.
В клубе днём было тихо. Не чета тому безумству, творящемуся ночью.
Я содрогнулась, но всё же вошла в клуб. Едва ли не бегом пронеслась до кабинета Тамары Васильевны. Она была у себя.
— Алёна?
— Да. Не ожидали меня увидеть?
Тамара откашлялась, поправила причёску и села за стол.
— Хорошо.
