— Можешь смотреть спокойно, я не сожру тебя за это живьём, — резко сказал он, заметив мои осторожные взгляды исподтишка.
С размаху мужчины сел на диван и дёрнул за узел галстука.
— Помоги, а?
— Это ты мне?
— Тебе, Алёна. Тебе. Развяжи галстук. И попытайся при этом не удавить меня.
Покровский взбесился так, что лучше не злить мужчину. Я осторожно ослабила узел галстука, вытягивая его из петли.
В угол зрения попал волевой подбородок с щетиной и резко очерченные губы. Плотно сжатые, чтобы не наговорить лишнего.
— Наконец-то, — Покровский выдохнул свободнее и расстегнул верхние пуговицы на рубашке. — Ненавижу галстуки!
— Тогда зачем надевал?
Я провела пальцами по гладкой, дорогой ткани галстука, бездумно обматывая его вокруг ладони. Движение успокаивало. Я зацикливаюсь на нём, чтобы не думать ни о чём другом.
— За стол переговоров садятся в галстуках, не так ли? — Покровский словил сухой горячей ладонью мой заход на очередной виток, останавливая. — Вернёмся к нашему разговору. Буду краток. Ты беременна от меня. Я хочу, чтобы ты сохранила этого ребёнка и родила для меня.
— Зачем? — спросила равнодушно. — Зачем тебе это? Кажется, ты говорил что-то о невесте…
— Она мертва. Погибла в автомобильной аварии, нажравшись перед этим «колёс», — грубо отетил мужчина. — Была беременна. Предположительно, от меня.
— Предположительно? — уточнила я
Покровский улыбнулся. Но больше всего его улыбка напоминала оскал.
— Милана считалась моей невестой. Но это не мешало ей быть первоклассной блядью. Мы расстались, крупно поссорившись. Потом эту шмару понесло по хуям всех клубных завсегдатаев. В памятную для нас с тобой ночь кто-то сказал, что видел Милану в клубе «Orange». К тому моменту я уже был прилично нажравшимся. Я зашёл в VIP-ку, увидел её, и мне сорвало стоп-кран. Окончательно.
— Только в комнате была не Милана.
— Да. Это была ты. Дальнейшее тебе известно. Это был краткий обзор. Без ответвлений и лирических отступлений.
—Ты хочешь оставить ребёнка, потому что я похожа на твою бывшую невесту?
Покровский усмехнулся.
— Похожа только внешне и только на первый взгляд, как я тебе уже говорил. Я люблю детей. У меня будет ребёнок. Это всё, что меня интересует.
— В это «всё» не входит моё мнение.
— Мнение входит. Протест — нет. Ты согласишься, — самоуверенно заявил мужчина. — У тебя не та ситуация, чтобы капризно морщить нос, отказываясь от выгодных предложений.
— Вот как? — поинтересовалась я.
— Я не идиот, Алёна Трофимова, и многое понял вчера, застав не очень приятную сцену у тебя в квартире. К тому же успел кое-что пробить о тебе, девочка из детдома, испытывающая трудности с разделом имущества приёмной матери. Не просто проблемы денежного характера, но и другие тоже. Тот урод… Он тебя домогается, да? Жить тебе негде.
