Я открыл дверь в ванную, на потертом кафеле в луже крови лежал дядя Коля с перерезанным горлом.

Да как же так то? Самого миролюбивого человека и любимого всеми соседями, прикончили, как свинью! Ума не приложу, кому такое могло прийти в голову? Может бывшие подельники вышли из тюрьмы и пришли свести счёты?

Сзади отчетливо послышался скрип половиц.

Глава 2

Половица скрипнула еще раз, но уже тише. Вот зараза! Неужели на кухне прятался? Я заглянул туда перед тем, как найти дядю Колю, но мельком и никого не увидел. Я осторожно повернулся лицом к выходу, одна из плиток под ногой похоже давно отошла и издала негромкий характерный предательский хруст.

Полная тишина, мой потенциальный противник тоже замер.

Судя по тому, как долго избивали, а потом грубо прикончили дядю Колю, магами здесь не пахнет. Значит на кухне простой мастер ножа, а то может и не мастер даже. Мой пиджак легко выдержит удар ножом, я активировал магическую броню и спокойно вышел из ванны.

Посреди кухни с выпученными глазами стоял нестриженный бородатый мужик. Одет в какое-то отребье, словно из помойки вытащил. В левой руке он держал завязанный мешок для мусора, а в правой здоровенный окровавленный тесак.

Наверно именно им он и перерезал горло дяде Коле. Негоже так поступать с хорошими людьми!

Бомжеватого вида убийца швырнул мешок в сторону, вскинул руку с ножом и бросился на меня. Нет, придурок, торопиться не надо. В прямой маэ гири я постарался вложить не слишком много силы, чтобы не убить одним ударом. Мужик отлетел назад, снеся по пути обеденный стол, с которого полетела початая трехлитровая банка с солёными огурцами.

Бродяга впечатался в стену и сполз на пол, пытаясь вспомнить, как дышать.

Лужа рассола на потёртом линолеуме, уложенном на ещё более старый дощатый пол, была больше похожа на результат приступа трусости моего оппонента. Он жадно хватал ртом воздух, поглядывая на выпавший из рук нож. Я подошёл ближе и пнул его единственное оружие в сторону.

— Даже не мечтай, урод! — рыкнул я. — Ты зачем хорошего человека порешил?

— Не твоё собачье дело, сопляк! — просипел мужик с трудом поднялся, выхватив по пути из голенища кирзового сапога еще один нож, немного скромнее первого. — Я и тебе щас по кадыку секану, домашешься у меня тут копытами!

Мужичок сделал неожиданно резкий прыжок, пытаясь на вытянутой руке всадить мне нож в область сердца.

Я сделал небольшой шаг в сторону, пропустил нож мимо себя и как следует зарядил ему ребром ладони под ухо. Падая на пол утырок приложился головой о газовую плиту и мешком распластался на полу. Из под головы появилась лужица крови.

Да твою мать! Я же ещё и поговорить хотел, а теперь облом. На всякий случай прижал палец к сонной артерии, тишина. Вот и поговорили.