В восемь вечера она еще раз придирчиво осмотрела себя в щербатом зеркале в тесной прихожей. Сунула руку в вырез платья, поддернула грудь повыше. Оправила платье, провела руками по бедрам, погладила себя по тонкой талии. Надула губки и прошептала своему отражению:

– Алекс…

Ждать до девяти сил не было. Она может его и у подъезда подождать, не гордая! Жанка вон сколько раз ключи теряла и Стасика своего у подъезда городской квартиры ждала. И он ничего, не гневался. Только умилялся. Поди пойми этих мужиков, что их в трепет приводит.

До его дома Вероника доехала за пятнадцать минут. Сильно удивилась, обнаружив машину Алекса на стоянке. Поискала его окна – везде свет. Стало быть, он дома. Встреча отменилась? Или он у себя с кем-то встречается? Даже странно. Он никогда не переносил дела на личную территорию. Может, все уже закончилось и он освободился? Скорее всего, так и есть. Все уже закончилось, он свободен. А ей не стал звонить, чтобы не торопить. Или просто отдыхает в предвкушении горячего секса.

Вероника живо представила себе Алекса, вытянувшегося в кресле с бокалом спиртного. Воротник рубашки распахнут, видна крепкая загорелая шея. Сильное тело расслаблено, глаза полуприкрыты. Он отдыхает. Дверь наверняка не заперта. Так бывало, когда он порой отбирал у нее ключи, а потом звал на встречу. И если она тихо войдет, разденется до белья и встанет перед ним на каблуках, почти голая, то…

Господи, она так соскучилась! Она хочет его! Хочет его рук, губ, его грубого азартного секса, после которого потом час не может пошевелиться.

Вероника сорвалась с места как ошпаренная. Еле успела машину поставить на сигнализацию. Дважды поскользнулась на высоких каблуках, подумала, что во дворе элитного дома могли бы и присыпать чем-нибудь в гололедицу. Мелко шагая, чтобы не грохнуться, добралась до подъезда. Протянула руку, чтобы набрать код замка, но дверь сама распахнулась и чуть не ударила ее.

– Осторожнее, пожалуйста! – рявкнула она человеку, который выскочил из подъезда.

Мужчина в длинной черной парке с низко надвинутым капюшоном шагнул в сторону, буркнул «здрасте», ссутулился и бойко зашагал от подъезда к автомобильной стоянке.

– Хоть бы извинился, урод!"

"Конечно, она не забыла, какие люди здесь живут, и выругалась очень тихо. Не хватало еще, чтобы Алексу нажаловались на нее. Но мужчина вроде услышал, потому как обернулся. Свет фонаря как раз упал ему на лицо, и, несмотря на капюшон, Вероника его рассмотрела. Можно выдохнуть, этот крендель точно здесь не живет. Она его узнала. И даже помахала ему приветственно. Но мужчина сделал вид, что не увидел. А может, и правда не увидел. Через секунду он скрылся за ровными рядами автомобилей. А и хрен с ним.

Она благополучно доехала на лифте до четвертого этажа.