Без вины преступница

 – Значит, можете как-нибудь стукануть об этом в полицию. А они сразу поймут, что это именно я на ней переехал одного старого гондона. Попросту убил его! К тому же у вас откуда-то сведения о том, что я провернул пятнадцать лет назад. Кстати, откуда? Как вы узнали о моей блестяще проведенной операции с фиктивным ограблением банка?

– Говорили… Многие говорили в городе, – промямлила неуверенно Алла Ивановна.

– Брешешь, старая сука! Брешешь! Я все сплетни тогда мониторил. Никому даже в голову не могло прийти, что я застраховал свой банк от ограбления за рубежом. Потому что один из учредителей моих был оттуда.

Он помог. И оборудованием первоклассным и дорогим снабдил он же. Дела поначалу шли отлично. Страховка год за годом продлевалась. А потом… Потом я немного того, проворовался. Компаньон начал грозить аудиторской независимой проверкой. Пришлось провернуть ограбление.

– И что же, прямо воры согласились ограбить банк, ничего не взять и сесть в тюрьму?! – вытаращилась на него Алла Ивановна. – Они что, дураки?!

– Во-первых, не они, а он, – поправил ее Володин, осторожно отхлебывая чай. – Нашелся один дурачок. Жене на операцию хотел денег дать.

Она, правда, потом все равно умерла! Но не совсем уж он с пустыми руками оттуда ушел. Сумку денег все равно забрал. И камни еще из банковской ячейки одной.

– Какие камни? – нахмурилась соседка.

– Бриллианты, Алла Ивановна! Какая же вы дура! – Он развеселился, тут же отрезал ей большой кусок торта, швырнул небрежно ей на тарелку и приказал: – Жри!

– Да погодите, вы, Игнат Иванович, – взмолилась соседка, прижимая руки к груди. Троекратно зачем-то перекрестилась, хотя атеисткой была до мозга костей. – Расскажите хоть все! Хоть за что подохну, буду знать!

– Время тянешь? Понятно, – ухмыльнулся он, подталкивая тарелку к ней поближе.

Сел удобнее на стуле, скрестил руки на груди. И вдруг с неожиданной охотой произнес: – Хотя право ты имеешь на то, чтобы знать, почему подохнешь! И я право имею выговориться. Столько лет носить в душе такой груз! Это… Это сложно и тяжко, поверь!

Он с хрустом потянулся, осторожно пригладил волосы. Снова скрестил руки на груди и с кивком пробормотал:

– Спрашивай, Алла Ивановна!

– То какие же такие бриллианты вор унес? Много? Сколько в рублях будет?

– Вот алчная твоя душа, соседка, подыхать скоро, а ты о деньгах! Да о чужих! – не то похвалил, не то осудил Володин.

 – Много! Целое состояние! Бриллианты те ювелиру одному, неудачнику, принадлежали. Их у него мент один нашел после его странной смерти. И, не зная, что с ними делать, у меня в банке в ячейке спрятал. Он же не знал, что за планы у меня! И не знал, что я знаю, что он у меня в банке прячет. Я, когда Витька Деревнина нанимал, ему сразу на ту ячейку указал. Он камни оттуда и выгреб.