Она также знала, что Александр Макдаб совершит этот акт с меньшей жестокостью и с большей тонкостью, чем Дональд. Тот факт, что Александр был самым привлекательным мужчиной из всех, кого она когда-либо видела, тоже играл свою роль. Говоря начистоту, она немного опасалась, что он может лишить ее решимости оставаться холодной и отстраненной.
Когда Александр увидел, в каком состоянии находится Эйлис, он разъярился. Вскоре гнев отступил, а он понял, что она не совершенно пьяна. Возможно, это даже облегчит ему его задачу. Он не хотел бы с ней бороться.
– Все еще в одежде? – пробормотал он, направляясь к кровати."
"– Ты ожидал, что я буду обнаженной и буду тебя ждать? – выкрикнула Эйлис.
Сжав губы, Александр с трудом подавил улыбку.
– Нет. Я ожидал, что вы встретите меня в полном вооружении.
Она нахмурилась, когда он сел около нее и спокойно начал стягивать с ног ботинки. В таком виде он уже не казался столь красивым и мужественным. Впрочем, ей должно быть это безразлично, раз уж она решила относиться ко всему с безразличием. Когда он разделся до рейтуз, Эйлис внезапно выпрямилась. Ей определенно требовалось поддержать в себе равнодушие еще одним глотком. Одного взгляда на его гладкую мускулистую грудь хватило, чтоб вся ее напускная холодность улетучилась.
Александр угадал ее намерение и, сделав быстрое движение, схватил графин в то же мгновение, что и она, не давая ей сделать еще глоток.
– Тебе достаточно, барышня. Я не собираюсь ночевать рядом с бесчувственным бревном. – Он отцепил ее пальцы от графина и сжал ее плечо, после чего окинул жадным взглядом изящные изгибы ее тела. – Раздевайся, – приказал он.
Услышав это требование, Эйлис едва сдержалась, чтобы не ударить его.
– Нет, – резко ответила она.
Внезапно Александр просто разорвал спереди ее нижнее платье и сорочку, заставив ее испуганно вскрикнуть.
Эйлис непроизвольно метнулась с кровати, но Александр снова схватил ее за плечо и прижал к стене. Он никак не мог оторвать глаз от золотистой мягкой кожи. Потом он перевел глаза на ее лицо и встретился взглядом с ее круглыми и сердитыми, но бесстрашными карими глазами.
– Если ты намереваешься кричать, тогда я рад тому, что мы отправили на ночь твоего дюжего охранника в темницу.
– Джейм в камере? – прошептала Эйлис.
Забота о друге заставила ее забыть о смущении от того, что она находится обнаженной перед этим человеком, а также о своем гневе на его грубые манеры. Она хорошо знала, как Джейм боится подобных мест.
– Да, – пробормотал Александр, освобождая ее от порванной одежды. – Это всего лишь предосторожность.
Отчаянное желание освободить своего друга от страха, который, как она была уверена, он испытывал, подсказало Эйлис ее следующий поступок.
