Что случилось с Ноем после смерти отца? Сыт ли он? Имеет ли крышу над головой? Был ли он где-то один, в двух секундах от того, чтобы пустить пулю себе в рот?

Адам лучше других знал, как детские травмы могут подкрасться в самые неподходящие моменты, самыми нелепыми способами. И как только кто-то повернул ключ в той части мозга, где хранились воспоминания, запихнуть их обратно – практически невозможно.

Адам так до рассвета и не сомкнул глаз. Он прижал ладони к глазам, пока за веками не заплясали звёздочки. Он должен встретиться с отцом и Аттикусом в клубе за завтраком. Адам знал, что должен рассказать им о Ное.

Шаркая ногами, Адам пошёл в душ, заставляя себя расслабиться, стоя под струями воды, стекающими по спине и плечам, думая о больших карих глазах и веснушках, усыпанных на бледной коже. Он чувствовал странную ответственность за мальчика. Адам не знал, почему продолжает думать о Ное как о мальчике. Между ними было не больше шести лет разницы, но Адаму казалось, что он родился стариком – словно прожил сотню жизней за свои двадцать семь лет.

Принесёт ли Ною это хоть какое-то утешение, если он узнает, что, по сути, он не давал ему спать ночью?

ГЛАВА 2

Ной

Адам снова наблюдал за ним. Теперь практически каждую ночь. Сначала Ной подумал, что сходит с ума, воображая призраков в тени. Но нет, это был он.

Ной и сейчас чувствовал на себе его взгляд. Несмотря на пульсирующие басы танцевальной музыки, головокружительные неоновые лучи, расходящиеся по затемнённым стенам, и море тел, движущихся одной сплошной волной, Ной чувствовал на себе взгляд Адама. И Ной понятия не имел, чего Адам хочет.

Сначала он подумал, что, возможно, тот пришёл отомстить или просто убрать свидетеля, но Ной дал ему миллион шансов покончить со своими страданиями, а этот ублюдок так ими и не воспользовался.

Ной вывалился из боковой двери клуба в бодрящий ночной воздух. Он не стал кутаться. От синтетического счастья, пронизывающего его, Ною стало жарко.