Я даже не успела сообразить, что происходит, как незнакомец, притянув меня к себе, поцеловал. Моя татуировка (предательница!) промолчала, словно так и должно быть. Или же я сама, к своему стыду, хотела этого поцелуя, поэтому она и не среагировала?

Потому что его губы… его губы… это сложно описать словами. Я словно воспарила к небу, дотронулась до облака, почувствовала его мягкость и невесомость, а потом увидела, что это облако становится грозовым. Таким тяжелым, но при этом невероятно притягательным, а молнии, которые вот-вот должны были сверкнуть не только в небе, но и на кончиках пальцев, лишь добавляли моменту остроты.

Казалось, одна из молний прошила меня насквозь, отозвавшись легкой болью в татуировке и подарив ощущение полета.

Поцелуй продлился не более двух секунд, но когда я очнулась, увидела напротив светящиеся зеленым глаза, в которых смешалась безумная гамма чувств. Наверняка в моих сейчас такая же, потому что сердце бешено колотилось, а руки подрагивали.

— Етышь-коротыш!

Альфи с ревом бросился на незнакомца, отвлекая его. Защитный купол, который установил вокруг нас зеленоглазый демон, дрогнул, и в этот момент кто-то из стражников Валелава схватил меня за талию, стремительно утягивая в фиолетовый портал.

Нет! Нет-нет-нет! Хочу обратно к зеленоглазому брюнету!

Глава 2.

Очнулась с головной болью, будто кто-то по черепушке стучал маленькими молоточками, за каждым ударом которых следовал легкий перезвон колокольчиков. Хотелось взять скалку и разогнать этих невидимых деятелей, но, к сожалению, на той кровати, где я лежала, скалки не оказалось.

Боль начала потихоньку отступать. Я приподнялась на локтях и осмотрелась: дорого обставленная комната в викторианском стиле с высокими потолками, горчичными тканевыми обоями с золотым орнаментом и мебелью из темного дерева.

А сама я была одета в красное платье с глубоким декольте и пышной юбкой с белыми оборками. Чисто малиновый торт!

Ну и где я? Последнее, что помню, как летела вниз, а потом упала в фиолетовый портал. Дальше — провал. Видимо, я потеряла сознание. Надеюсь, переодевал меня кто-то из служанок, а не сам герцог Валелав? Хотя с чего бы ему было снисходить до такого?

Встав, я подошла к зеркалу и поморщилась.

Красный был не моим цветом. Совершенно не подходил к светлому тону кожи и тяжелым медным волосам с алым отливом. Зеленые глаза смотрели на собственное отражение самокритично, подмечая малейшие изъяны: нос пусть и прямой, но немного шире, чем хотелось бы, хотя дома я легко скрывала этот недостаток консилером; правая бровь чуть выше левой из-за дурацкой привычки приподнимать её в изумлении; губы достаточно тонкие, но надо признать, что мне нравилась форма верхней — с чувственным изгибом посередине.