Ямина попросила меня избавить ее от всей собственности в Квараме, потому что она возвращается во Францию к своим родным.
– Как она с Захрой? Справляется? – спросила Элинор.
– Гораздо лучше, чем все ожидали. Насколько я понял, Ямина уже успела обзавестись воздыхателем, другом ее молодости, а Захра всегда обожала бабушку и дедушку по материнской линии."
"– Жизнь продолжается. – Элинор порадовалась за Ямину. Хорошо, если она вновь обретет счастье.
– Наша только начинается.
Вести беседу в нарастающем гуле пропеллера стало невозможно, и Элинор заглянула в отсвечивающие золотом глаза Джасима, щедро обрамленные густыми ресницами. Сердце ее замерло.
Неожиданно она разозлилась на себя за неподобающую реакцию на его близость, сложила руки на коленях и постаралась трезво взглянуть на сложившуюся ситуацию. Джасим перестал воевать с нею и заключил перемирие по очень простой причине: он не хотел развода. Его престарелый отец решил принять иностранную невестку на том же основании. В центре их брака был Сами, и было бы глупо игнорировать этот факт. Вполне возможно, Джасим по-прежнему подозревает ее в том, что она пыталась увести его брата у жены – и что от Мурада она получила бесценное кольцо, – но начиная с сегодняшнего дня он будет держать свои подозрения при себе ради спасения их брака и репутации монархии.
Так что пришла пора покинуть свадебный кортеж и спуститься с небес на землю.
Когда они прилетели на место, у вертолета их встретил глава отдела безопасности. Вилла оказалась роскошной и ультрасовременной, с верандой и всевозможными изысками интерьера.
– При свете дня пейзажи здесь открываются сказочные, – сказал Джасим, поднимая ее на руки, чтобы перенести через порог.
– Не стоит делать фальшивых жестов, чтобы произвести на меня впечатление или сделать меня счастливой, – потупила глаза Элинор. – Я признаю, что это брак по расчету, и не питаю иллюзий.
– Это не фальшь, – возразил Джасим, опуская ее на пол.
– Мне бы не хотелось вновь… э-э-э… разойтись с тобой во взглядах, – Элинор тщательно подбирала слова, остановившись на его собственной терминологии, – но ты никогда не хотел меня по-настоящему. Ты не выбрал меня. Ты заинтересовался мною только потому, что думал, будто твой брат…
Джасим прижал к ее распахнутым губам указательный палец, и у нее язык к нёбу прирос.
– Не оглядывайся назад, иначе можешь опять прийти к ложному выводу, – приказал он. – Это наша брачная ночь.
– Я знаю, – напомнила ему Элинор, входя в богатую спальню, в которой было море цветов. – Но факты есть факты…
– Ну и упрямая же ты женщина! – улыбнулся Джасим. – Но мы с тобой два разных человека. Твои факты – не мои факты.
Элинор настороженно обернулась и заглянула в его прекрасное бронзовое лицо.
