Перед глазами тут же промелькнули картины прошлых утомительных недель, когда он намеренно издевался на ними, бросая, как собакам, испорченную еду и не позволяя греться у костра долгими холодными ночами. Сейчас он остро об этом пожалел. Слова «ведьмы», как гвозди, вбивались в его испуганный разум, заставляя верить, что она действительно права.

Бетти внимательно следила за изменениями на лице работорговца и с удовлетворением заметила, что достигла желаемого. Для неё это было не более, чем впечатляющее театральное представление. Она могла бы с легкостью заплатить названную главарем цену, но ей нужно было другое.

Однако в этом круговороте личных интересов она все же хотела сделать и кое-что доброе: помочь индейцам, как когда-то один индеец помог ей, а также заставить работорговцев в следующий раз двадцать раз подумать, прежде чем доводить пленников до такого ужасного состояния. Она напугала главаря так сильно, что он мог лишь испуганно молчать, покорно соглашаясь со всеми ее обвинениями.

- Я дам тебе за всех их вот эти деньги, - смягчившимся тоном произнесла Бетти и бросила в руки главарю небольшой мешочек. Тот дрожащими руками проверил его содержимое. Там было вдвое меньше, чем он намеревался получить от продажи рабов, но сейчас ему было как-то не до обогащения. Поблагодарив Бетти, работорговец развернулся и зашагал прочь, подальше от страшной «ведьмы» Элизабет Джонсон. Его подельники последовали за ним, радуясь, что смогли в целости унести свои ноги.

Индейцы тоже были в страхе, и лишь маленькая девочка, которую Бетти наконец-то опустила на землю, снова просилась к ней на руки.

Из укрытий вышли работники Бетти, следившие за каждым ее шагом. Они, весьма впечатлённые увиденным, почтительно поклонились, прося дальнейших указаний.

- Индейцев доставить в усадьбу, накормить и дать им ночлег, - распорядилась она властно, - а завтра возьмите фургоны и отвезите апачей на их земли.

Бетти замолчала, подумала, а потом добавила:

- Сложите им немного припасов с собой. А еще найдите мне переводчика, завтра хочу с ними поговорить…

На следующее утро, когда индейцы уже насытились и отдохнули, их вывели во двор усадьбы.

Бетти вышла из усадьбы и, как всегда, навела ужаса своим внешним видом: её черная маска производила неизгладимое впечатление, так что замолкали любые разговоры и опускались в землю все взгляды.

- Я, Элизабет Джонсон, ваша защитница! – громко заявила Бетти, а индеец перевел ее. - Я купила вас не для того, чтобы поработить.