Вытаскиваю ключ из замка зажигания, обхожу сзади авто. По пути нажимаю на кнопку, чтобы створки гаража закрылись.

И успеваю подхватить Аленку за мгновение до того, как она вылезет из машины.

– Ален, – предупреждающе рычу. Смеряю ее разгневанным взглядом. Самостоятельная, блин, моя! Вечно бежит впереди паровоза.

Я ненавижу, когда Михайлова так делает, и она об этом знает прекрасно! Но все равно делает.

Вот сколько раз повторять, чтобы просто сидела и ждала, когда я ей помогу? Упрямица, твою ж мать!

– Прости, – говорит, виновато хлопая пышными ресницами. Злость тут же рассыпается и улетает прочь. – Отвыкла.

И это ее «отвыкла» окончательно выбивает почву из-под ног.

Борюсь со вспышкой неконтролируемой, дикой ярости. Мне срочно нужно что-нибудь расколотить!

Ну Игорь! Я тебя раздавлю! Неужели ты не видишь, что уничтожаешь ее?!

Делаю глубокий вдох, заталкиваю эмоции так глубоко, насколько это возможно. Иначе за себя не ручаюсь.

– Не замерзла? Тошнить перестало? – уточняю на всякий случай. Только сейчас доходит, что нужно было сразу в больницу Аленку везти.

Но уже поздно. Мы приехали.

Открываю дверь, пропускаю девушку вперед. Носа достигает тонкий аромат ее духов, и меня снова накрывает.

Требуется время, чтобы успокоиться и снова нормально дышать. Кроет от ее близости. А от невозможности быть вместе разрывает на куски.

Дом нас встречает тишиной и уютом. После переезда я так и не позвал Савельевых в гости. Новоселье справляли совершенно другой компанией, и Игорь отказался к нам приезжать. Обещал потом, но так и не доехал.

Я тогда обижался, а теперь очень этому рад. Он не сможет найти ни меня, ни Алену. В кои-то веки у нас есть возможность побыть вдвоем.

– Как у тебя уютно, – мечтательно вздыхает Аленка, озираясь по сторонам.

Сердце щемит от ее слов. Интерьер создавался во многом по ее вкусу.

– Рад, что тебе понравилось, – говорю, тщательно контролируя голос. Но он в конечном итоге подводит, срываясь на хрип.

Беру стоящую на журнальном столике бутылку воды. Если я хочу выдержать эту ночь, то нужно начинать контролировать чувства к этой огненной девушке. Прямо сейчас!

Жестом предлагаю Алене взять одну из бутылочек, но она отказывается. Вечно скромничает. Твою ж мать!

– У тебя случайно не найдется лишней футболки? – спрашивает, пересиливая себя. Я ухмыляюсь, довольный.

Неужели Аленка, наконец, научилась просить? Надо же… И небо не рухнуло к нам на головы.

– Иди в ванную, раздевайся, – говорю ей и тут же получаю в ответ возмущенный взгляд.

Михайлова, чего я там не видел? Ну честно! Давай еще сделаем вид, что мы забыли нашу прошлую ночь!

Но Алена закрывается, прячется от меня. Снова.

Сжимаю эмоции крепче. В кулак. Я не хочу показывать ей свои чувства.