Не веря такому счастью, девушка, покинув ненадолго Хорхеса, носилась вокруг полок и, что-то восклицая, бережно оглаживала корешки книг. В ожидании призрака Лукас решил взяться за ликвидацию физических следов сотворенного заклинания, изрядно модернизировавшего расцветку мрамора на полу. Маг прошел к октаграмме, встал рядом с ней, сложив пальцы рук опрокинутым ковшиком, и резко выдохнул, смыкая ладони и снова складывая их лодочкой:
— Эльа есьлаи-и-веш!
Со стороны казалось, что маг собрал в свой «ковшик» с пола нечто невидимое. Наклонившись, Лукас взялся за рукояти ножей и выдернул их из пола. Мрамор легко выпустил ритуальное оружие и тут же, словно живой, сомкнулся снова, не оставив никаких следов. Ножи оказались девственно-чисты, словно ими никогда и не пускали кровь почтенным сеорам Гарсидо. Перекинув ножи в правую руку, маг описал ею в воздухе некую угловатую фигуру или знак над октаграммой. Линии ее посветлели, а затем быстро, словно кто-то провел гигантским ластиком или пятновыводителем, исчезли с пола вместе с мягкими лепешками воска, оставшимися от прогоревших ритуальных свечей. Только в воздухе сохранился аромат меда, хвои и грозовой свежести. Теперь на чистом полу стояла лишь одинокая изящная чаша.
Лукас нагнулся и подобрал ее. Прежде чем маг убрал предмет в свой бездонный чемоданчик, Хорхес и Зидоро, так сказать, кровно заинтересованные свидетели дела, успели заметить, что пиала абсолютно чиста. Видимо, заклинание вызова осушило ее до дна.
Упаковав в чемоданчик инвентарь, мосье Д'Агар оглядел помещение, досконально проверяя, не упустил ли чего. Что ж, за исключением неуничтожимых последствий забав хаотической колдуньи — намертво въевшихся в обстановку искорок-блесток, придававших залам новый колорит, — в библиотеке не осталось никаких следов деятельности команды посланцев Совета богов.
Теперь оставалось только дождаться возвращения призрака Рогиро Гарсидо и услышать из его высокородных уст слово-подтверждение тому, что все похищенные книги возвращены на исторические места. После этого первое задание команды можно было считать выполненным.
— Сеоры, сеориты, прошу прощения за то, что заставил вас немного подождать. — Галантный сеор Рогиро нарисовался у самых дверей, как и положено всем воспитанным призракам. — Я вернулся сразу, как только исполнил свою часть договора и уладил некоторые дела. Позвольте представить блестящему обществу моего спутника.
Рогиро повел рукой в сторону, и все увидели, что он действительно заявился не один. Рядом с сеором проступили очертания другого духа явно мужского пола в каком-то неопределенном одеянии серого цвета. Похоже, этот дух уделял своему гардеробу куда меньше внимания, нежели Рогиро.
