И когда тебе нравится девочка из соседнего района, будь добр получить тумаков за несанкционированный проход по чужой территории без должного на то разрешения. Ну а если нет желания подставлять другу щёку, нужно научиться быстро бегать. Или незаметно передвигаться. И тогда-то мы поняли, какое это благо, когда ты знаешь короткий путь через гаражи или территорию заброшенной фабрики.
Кажется, настало время освежить знания прошлого.
Так, я возле оврага, в районе, который в народе прозвали «Аулы», и, надо признать, не просто так. Застройка здесь старинная, в основном частый сектор, и делалось это в те времена, когда о межевании и планировании никто даже не слышал.
Петляя словно заяц, прячась за заборами у каждого открытого участка, я быстро продвигался к городскому центру, при этом не забывая об осторожности. Страх за жизнь брата гнал меня вперёд получше всяких малолетних ушлёпков.
В глубине души я понимал, что всё равно ничего не смогу поделать. Даже не видя воочию то, что творится на площади, я осознавал: одному мне не справиться. Но я должен был убедиться, что Колян жив, даже если не в порядке. Рано или поздно бардак закончится. Тот наркотик, которым упоролись подростки, — отпустит. И тогда я смогу ему помочь.
Когда где-то вдалеке прогремел выстрел, я ощутил такой укол отчаяния, что внутри всё оборвалось.
— Да что же это такое происходит⁈ — в сердцах прошипел я.
Крик нарастал с каждым пройденным метром. Сколько времени прошло с того момента, как я столкнулся с подростками? Минут тридцать? А бойня, похоже, в самом разгаре. Чёрт, чёрт, чёрт… Я катастрофически не успеваю! Такими темпами от моего брата только косточки останутся. Что это, восстание мертвецов, как в голливудском кино? Может, какое-то бешенство? Или всё-таки виновата наркота?
В наше время не стоит удивляться и такому. На улицах какой только дряни нет. Это в наше время из доступного кайфа была только травка да палёная водяра.
Наконец-то я добрался до оврага.





