И  несмотря на то, что ему, судя по всему, плевать на сломанный нос и разбитую губу, на наливающийся под глазом синяк, и то, что если бы не Слава с парнями и куча зевак, я бы его в лепешку раскатал, я чувствую, что продолжать этот спектакль “нашего прошлого” на потеху публике не хочу.

Лана права. Пусть катится  дальше, крыса помойная.

– Так просто сдашься? Серьезно? – явно подзадоривает “публику” Чесовец.

– Мне, в отличие от тебя, есть что и кого терять, – ухмыляюсь и машинально сжимаю руку на плече Ланы сильнее, только бы ощутить ее еще ближе. Максимально близко. Запредельно рядом.

– Вали отсюда, Саня, – машет головой Славыч. – Убирайся, пока мы не вызвали ментов, – прорезались “фирменные” адвокатские нотки в тоне братишки.

– Братца засадить не боишься, ментами-то запугивая?

Мы со Славой переглядываемся, ухмыляясь.

– У меня есть крутой адвокат, – тянусь, поднимая из-под ног свой пиджак, который, по-видимому, в пылу ссоры слетел с плеч Ланы, и накидываю обратно на ее сжавшуюся от страха и потрясения фигурку.

Да уж, тот еще денек.

Сплошные эмоциональные качели.

– А вот тебе, Чесовец, светит реальный срок за сбыт и употребление, – говорит Слава.

– Поэтому лучше скройся, и чтобы ни тебя, ни твой сестры я больше рядом с собой или своей семьей не видел! – договариваю я то, что собирался, и, больше не теряя ни минуты, беру Лану за руку и увожу в сторону такси. Таксист  был одним из “свидетелей” всей этой потасовки и уже добрые пятнадцать минут  “ждет” нас у входа.

Девушка быстро целует подругу в щечку и быстрее меня заскакивает в салон авто. И только я собираюсь вернуться за ее сумочкой в ресторан, как ее начинает буквально трясти. Тонкие пальчики вцепляются в рукава рубашки, и я слышу испуганное:

– Куда?"

"– Вещи, я не… – но не договорив, замолкаю. Вздыхаю, пробегая по зареванному лицу любимой и понимаю, что нет. Не отпускает, и  не надо. Не знаю, чего она боится, что я снова накинусь на этого козла, который уходить и не собирается? Возможно.

– Не пущу! – говорит мне твердо, и я улыбаюсь.

– Нет, так нет.

Прошу Славу забрать наши вещи и, дождавшись кивка в ответ, забираюсь к ней на заднее сиденье и под все еще немного охреневшим от произошедшего взглядом таксиста называю адрес своей квартиры.

Всю дорогу едем в полном молчании, кажется, оба пребывая в легком потрясении от сегодняшнего дня.

Сначала Ляся с разрешением называть меня “папой”.

Потом предложение, которое я планировал всю неделю, и если бы не Эля, которая вовремя подключилась к подготовке, то такого фееричного и яркого воспоминания у нас с Ланой не было.

А потом вот этот… жук навозный. Как чувствовал, собака, выбрав именно этот день и это место, чтобы налететь.