Фудзи серьёзно кивнул.

— Я правильно понял, князь: вы хотите, чтобы мы с Курои вернулись в Ямато и выкрали дочь государя Святослава до того, как она вступит в брак с Сётоку.

— От этого зависит, на каких условиях я буду подписывать договор, — кивнул Соболев. — Имея такой козырь, как принцесса, Сётоку будет диктовать нам условия.

— Но если Любавы к тому времени у него не будет… — тихо сказал я.

— Тогда условия буду диктовать я, — закончил князь.

— Всё просто, — улыбнулся Фудзи. — Спасём Любаву — будет мир. Не спасём — будет война.

— Сётоку рассчитывает на Артефакты, которые ему обещал Бестужев, — дополнил Соболев. — И хорошо бы, новый наместник их не получил… Но это уже моя забота. Вы занимайтесь Любавой.

— Как мы попадём в Ямато? — деятельно потёр руки Фудзи. — На вашем самолёте? В качестве э… дипломатической почты? — он очень точно передал интонацию Коляна, и мы с князем улыбнулись.

— Думаю, лучше нам поискать другой путь, — поспешно сказал я. — Как это у вас говорят?.. Не класть грибы в одну корзину.

— Яйца, — поправил Фудзи. — В корзину не кладут яйца. С грибами — наоборот.

— Вы двинете во Владивосток, — поспешно сказал князь. — Там вас будет ожидать рыболовецкое судно, под флагом Ямато. Оно как раз доставило партию тихоокеанских крабов, и сейчас стоит на разгрузке. Запомните: кавасаки ""Кобаяши Мару"".

— Но как мы туда попадём? — спросил я. Насколько я помнил, Владивосток — это довольно далеко, можно сказать, совсем на другом конце географии.

— Подводная лодка ожидает вас в Финском заливе, — сказал Соболев — В Петербург вы прилетите отсюда, на во-о-он том транспортнике. Он как раз собирается на базу Кронштадт, везёт новобранцев.

— То есть, мы уходим с радаров, — сказал Фудзи.

— Вас ищут как государственного преступника, принц. Придётся какое-то время не высовываться.

— Но зачем это было нужно? — наконец-то я высказал вслух то, что беспокоило меня всё это время. — Распустив такой слух, Салтыкова значительно осложнила моему другу жизнь.

— Этой, как ты её называешь, сплетней, Дарья СПАСЛА нашему общему другу жизнь. Поставив его вне закона в Российской империи, она отвела от его шеи карающий меч старшего брата. Синобу дома Фудзивара уже шли по его следу. Но теперь их отозвали.

— Ясно, — был у меня ещё один вопрос. Но при Фудзи я его задавать не хотел. А он словно бы почувствовал мою заминку, потому что вдруг засобирался.

— Знаете что? Вам нужно попрощаться, — вдруг сказал принц. — А я пойду. Выберу себе местечко в транспортнике… Курои, ты когда-нибудь летал в транспортном самолёте?

— Нет.

— Тогда представь: тебя поднимают на высоту пятнадцати километров в консервной банке. Она продувается всеми ветрами, никакой изоляции.