Но Салтыкова услышала, хотя и сидела в данный момент в очках, просматривая гигабайты информации.
— В хорошо укреплённой консервной банке, — откликнулась она. — С отличными ходовыми качествами.
— Мы едем в Кремль? — спросил я.
Если подумать, резиденция государя была самым безопасным местом в стране.
— Кремль атакован, — ответила Салтыкова. — Красная площадь заблокирована войсками.
— Значит, переворот, — Принц Константин, мягко говоря, вовсе не прыгал от радости.
И я его понимаю: будучи подростком он пережил один переворот — и ничего хорошего о нём сказать не может.
— Переворот, — эхом откликнулась Любава. Лицо её сделалось строгим и чужим, в глазах поселилась взрослая грусть.
— Это мы ещё посмотрим, — а вот госпожа секретарь находилась в бодром расположении духа. — Напудренные щеки её порозовели, в глазах плясали озорные искры. — Пока что государь накрыл всю территорию дворцового комплекса магическим пологом. Муха не пролетит. Не то, что снаряды или боеголовки.
— Это он может, — с мстительным удовлетворением кивнула Любава. — Пологи, защитные стены, силовые поля… В этом наш государь большой мастер.
Что-то в её голосе меня насторожило. То, каким тоном она говорила о главе государства.
— Значит, Кремль тоже отпадает, — сказал Фудзи. И мысль о Любаве и её отношениях со Святославом вылетела из головы. — Так куда мы едем?
Намекал он вот на что: лимузин, хотя и крепкий, как танк, но всё же не вечный. Удачный выстрел может повредить электронику или пробить броню. У нас может кончиться топливо… Да и в конце концов: не дело мотаться по городу, провоцируя Бестужева на всё новые нападения.
Хотя… В этом есть свой резон: распыляя силы, он не может сосредоточиться на главном. А что для него главное?..
— Артефакты! — закричал я не своим голосом. — Бестужев охотится за Артефактами. Он поэтому напал сразу на несколько семей. Поправьте меня, если я ошибаюсь: у всех у них есть собственный Источник.
Она не стала сомневаться, размышлять, переспрашивать — просто надела очки и ушла в себя. Через минуту вернулась.
— Резиденция Дашковых в огне. Но они ещё держатся.
— А семья? — я помнил: пока жив хоть один член семьи, Артефакт не подчиниться чужому.
— Обе дочери в Париже, учатся в Сорбонне, — ответила Салтыкова. — Девочки в безопасности, об их охране обещал позаботиться кампус. Сам граф ранен, но всё ещё полон сил. Супруга его, Марфа Петровна, является магом стихии огня — достойная противница Даниел Андреичу. К Остальным домам я направила дополнительные войска. Мы не имеем права так рисковать.
— Помните, я говорил, что Бестужев — бульдог, — спросил Фудзи.
— Я отдаю себе отчёт о превосходных охотничьих качествах графа, — спокойно ответила Салтыкова.
