Он прекрасно знал, что на здание, полное детишек, никто не сбросит бомбу. Не пустит усыпляющий или парализующий газ. Или, учитывая специфику Тикю, не пришлет когорту сэнсэев с файерболами.
— Чтобы согласовать действия, — просто ответила госпожа секретарь.
— То есть, вы дадите мне действовать самостоятельно?..
— Если бы решала я — нет, — отрезала Салтыкова. — Я бы заперла обоих принцев и… девушку в своём лимузине, как в несгораемом сейфе, и дала спецназу выполнить его работу. Но оказывается, князь Соболев дал слово своему внуку, — голос её сделался ироничным и слегка ядовитым. — Поспособствовать в поимке Шивы… И он выполнил обещание. В данном случае тем, что надавил на государя Святослава, а тот в свою очередь — на меня, — она сделала эффектную паузу, вытащив из сумки пудреницу и поправляя макияж. — Так что вы идёте, Курои.
Она протянула мне очки в золотой оправе. Я молча взял их и сунул под ткань костюма на груди, в потайной карман.
Говорить было не о чем. Очевидно: в интересах Салтыковой предоставить мне все возможные шансы для успешного проведения операции.
— Я тоже иду, — Фудзи уже облачился в стэллс-костюм.
Он нисколько не стеснялся, даже не попросил никого отвернуться.
Я думаю, принцу настолько не терпелось сорвать с себя грязное, пропахшие страхом и болью тряпьё, что он даже не подумал о приличиях.
И вновь я усмехнулся: Фудзи просто выбросил одежду. Открыв окно, ловко запулил ком в ближайшую урну. При известной доле везения, а также претерпев чистку и глажку, его вещи вполне могут начать новую жизнь на каком-нибудь блошином рынке, где бедные студенты охотятся за стильными и модными шмотками… Кто-то будет дорожить тёмно-синим пиджаком в мелкую полоску, беречь туфли из воловьей кожи, которые мой друг принц выбросил ни секунды не сомневаясь.
Если я останусь в Тикю, я тоже смогу вести жизнь, достойную принца.
Мысль была неожиданная. Настолько, что я даже задохнулся. Одной из вбитых насмерть директив был приказ после задания возвращаться в Корпус.
Посланникам попадаются не только неблагополучные миры. Иногда мы бываем в поистине райских уголках, откуда не вернётся ни один человек, в здравом уме и доброй памяти.
Но выучка и воспитание чрезвычайного посланника обходится Корпусу в кругленькую сумму. Которую мы возмещаем своим трудом и беспрекословным подчинением. Если каждый, найдя мир по сердцу, будет в нём оставаться навсегда — Корпус попросту перестанет существовать.
— Два принца в одном помещении с террористами, — пробормотала Салтыкова, не глядя на Фудзи. — О чём ещё можно мечтать?
— Тётя, вы же не думаете, что я пропущу всё веселье, — голосом Любавы можно было резать сталь.
— Девочка моя…
— Я ведь тоже могу позвонить папе, — Любава мило улыбнулась и потянулась к телефону.
