Из арочных окон лился солнечный свет, на стенах виднелись разноцветные узоры от витражных стекол, а в воздухе стоял легкий аромат мяты и лилий.
– Аньез! – сбежав по лестнице, первой ко мне бросилась Инги. Да так, что с радостным визгом, и сразу же повисла у меня на шее. – Я знала, знала!.. Говорила Йенну, что ты обязательно вернешься, потому что ты со всем справишься! Если уж кому-то это по плечу, так только нашей Аньез Райс!
Следом явился Йенн, стоял позади Инги и улыбался. Затем крепко, по-семейному, меня обнял.
Тут прибежала Тарис Авира. Сжала меня в объятиях, а по ее щекам текли слезы радости.
Преподавательница всегда была хрупкой и маленькой, с тонкими пальчиками и полупрозрачной кожей лица, но сейчас мне казалось, что жизнь вдалеке от Центина пошла ей на пользу. Она стала более уверенной в себе, окрепла и загорела.
– О Трехликий, как же мы о тебе беспокоились! – перестав сжимать меня в объятиях, произнесла магесса. – Уверена, именно Он привел тебя к нам!
– С возвращением, Аньез! – подал голос магистр Дирин. – Подозреваю, тебе найдется о чем нам поведать.
Тут явились еще и братья Торсоны, а за ними и остальная охрана, приставленная к нам Ийседором Гервальдом, вместе со Стигом. Окружили меня, наперебой выспрашивая, что со мной произошло, где я пропадала и кто эти люди остарской наружности – Маиса и Кассим.
Всем хотелось услышать мой рассказ, поэтому мы переместились в просторную столовую на первом этаже, куда служанки – оказалось, от щедрот хасторской династии нам выделили даже слуг, – подали закуски и кофе.
Правда, сперва я позаботилась о своих друзьях, каждому из которых нашлась свободная комната. Маису устроили рядом с отведенной для меня спальней, а Кассима – на первом этаже, где проживала наша охрана.
Наконец все расселись в столовой, я принялась за свой рассказ и говорила довольно долго.
Правда, еще по пути в Хастор придумала урезанную версию истории, в которой не было ничего о лунной метке Гервальдов на моем плече и всех вытекающих из этого последствиях.
Вместо этого я рассказала о поиске нашего куратора на западе Хастора в графстве Триронга, о том, как вновь оказалась на корабле наемников, и о ложной доброте Рореда Гервальда (умолчав, что он претендовал на роль моего отца).
Но его доброта обернулась тем, что меня продали в гарем, так как, на свою беду, я приглянулась знатному остарскому вельможе.
Затем в моем рассказе появился смелый викинг, вызволивший меня и Маису из плена. Это прозвучало, словно красивая сказка, в которой не хватало разве что вспыхнувших между мной и Рейном Бергссоном чувств.
Но этот момент я обошла стороной – потому что со мной и моими чувствами все было слишком сложно.
