– Я подумал, что вы привезли его сюда на встречу, – сказал Борис, – он долго не возвращался, и вы забеспокоились.
Медсестра встала, подошла к дивану и закатала рукав рубашки Варфоломеева.
– Видите часы? Они исправно показывают время, но на самом деле это электронный сторож. Его носят эпилептики, больные деменцией, которые могут сбежать из дома, люди с кардиопроблемами. Кто-то знает, что он «на поводке», и от этого спокоен, кому-то, как Геннадию, не сказали правды, и он полагает, что получил в подарок красивые современные часы. Тревожные кнопки известны давно. Сначала они представляли собой примитивные устройства, с помощью которых человек мог вызвать «Скорую». Потом их усовершенствовали. Сейчас «сторож» в случае необходимости подает сигнал на мобильный телефон доверенного лица. А родственник или тот, кто опекает больного, с помощью специальной программы видит по геолокации, где с человеком случилась беда. У меня высветился «SOS». Я прочитала, где находится Варфоломеев, удивилась, ранее он не ездил на этот адрес, и поспешила на вызов. С одной стороны, интернет, конечно, зло, но с другой – он очень даже полезен.
Глава двадцать четвертая
Варфоломеев очнулся и смог ходить, но двигался медленно, выглядел заторможенным.
– Давайте я поеду с вами, – предложил Борис, – подниму больного в квартиру.
– Спасибо, у нас в подъезде есть лифтер, – поблагодарила его медсестра, – он с удовольствием поможет. Если буду вам нужна, звоните, телефон вы записали.
– Нам ничего не удалось узнать от Варфоломеева, зато встреча с Еленой Николаевной оказалась весьма продуктивной, – заметил Боря после того, как мы с ним отвели Геннадия к машине медсестры.
– До беседы с Варфоломеевым я полагал, что он имеет отношение к смерти Петра Ильича, – вздохнул я, – и Елена подтвердила, что ее подопечный становился неадекватным, агрессивным при одном упоминании имени хирурга. Но Геннадий неспособен задумать убийство, составить план и привести его в действие. Варфоломеев может ударить в порыве гнева, он импульсивен и отнюдь не стратег. А Владимир Панин, похоже, другой. Он мог, надеясь получить наследство, лишить жизни чету Алексеевых. Его же усыновили, он имеет право на все.
– Петр Ильич и Амалия Генриховна честные люди, ничего компрометирующего на них нет, – напомнил Боря. – Владимир единственный, кто к ним плохо относился. Он первый на подозрении.
Я не стал спорить.
– Согласен.
– У вас телефон пищит, – воскликнул Борис, – эсэмэска пришла.
Я вынул трубку.
«Уважаемый покупатель. Ваше обращение в отдел жалоб «Нидео-видео» отклонено. Жалобу на отдел жалоб подавайте в окно номер два».
– Что-то случилось? – насторожился Борис.
Я улыбнулся и солгал:
– Нет. Это от Николетты, надо срочно ехать к ней.
