Прикрепил к стене кандалы, поставил ведро, которое должно было служить туалетом. А потом сообразил, что пленника придется кормить, убирать за ним. Но не это главное. Не стоило надеяться на то, что «чучело» исправится, проведя в оковах длительное время. Владимир сначала будет буянить, потом сменит тактику, прикинется испуганным, начнет просить прощения, изобразит раскаяние. Держать вечно мерзавца в подвале не получится, его придется выпустить. Негодяй вернется домой, прикинется ангелом и выполнит свое обещание: убьет отчима, мачеху и Лидочку. Идею с подвалом Петр отверг. Он решил лишить Владимира возможности вести половую жизнь, полагал, что операция и самая современная в те годы гормонотерапия снимут агрессию. И выполнил задуманное. Владимир провел в клинике время, необходимое для реабилитации, потом отчим отправил его в бывшую союзную республику, которая уже стала суверенным государством. Там жил ученик Петра, опытный врач. Но ему не рассказали правды, сообщили, что парень заболел, чтобы он не впал в депрессию, ему сказали о другом недуге, провели оперативное вмешательство, химиотерапию, теперь ему надо принимать лекарства, которые Петр будет присылать. Поскольку после лечения Владимир изменится внешне, растолстеет, потеряет растительность на лице, а возможно и на теле, вероятно, приобретет некие женские черты, его могут дразнить в школе, задавать вопросы. По этой причине парня отсылают в страну, где его никто не знает.
Глава двадцать девятая
Петр сам сопроводил пасынка к месту ссылки. Владимир сильно изменился, он стал апатичным, послушным, даже покорным. Получал каждый день разные лекарства, без возражений принимал их, не протестовал против полета в другую страну. Алексеев вернулся в столицу, выдохнул, и они с Амалией стали жить счастливо и воспитывать Лидочку. Девочке о старшем брате ничего не говорили, а она, естественно, не помнила его.
Теперь Петр в своем дневнике рассказывал, как растет Лидочка, которую он искренне любил, как он проводит тайные операции, как меняется в лучшую сторону материальное состояние семьи… Иногда на страницах мелькали однотипные записи. «Отправил лекарства. Состояние нормальное, припадков агрессии нет. К женщинам он равнодушен. Работает санитаром». Через какое-то время слово «санитар» сменилось на «медбрат», а затем на «фельдшер»[8]. Владимир получил профильное образование, приятель Петра, чье имя он в дневнике зашифровал под буквой «N», устроил его на работу в больницу, где служил сам. Со временем операции по перемене пола в России разрешили, и теперь они стали, вот уж ужас, модными. Страну, в которой долго существовала статья о мужеложстве, бросило в другую крайность, появился интернет, мир узнал о звездах, членах их семей, которые стали трансгендерами.
