Вчера она рассказала, что Владимир отравил ваших родителей, чтобы завладеть наследством. Будьте осторожны, вы следующая».

И отсоединилась. Никаких имен, кроме «Владимир», она не назвала, ко мне никак не обращалась. Я подумала, что женщина ошиблась номером, никаких Владимиров в нашем окружении нет. Не могу вспомнить ни одного друга родителей или коллегу с таким именем. Вторая версия: она сумасшедшая, набирает любой номер и несет чушь. Есть и третья версия. Звонили хулиганы. Они изменяют голос и пугают людей. Я не придала ни малейшего значения звонку. А когда нашла дневник, мне стало страшно-о-о-о!

Лидия разрыдалась. Мы кинулись утешать и успокаивать ее. Когда она перестала всхлипывать, я поинтересовался:

– Номер той дамы вы случайно не записали?

– Нет, зачем? – прошептала Лидия. – Я не восприняла ее слова всерьез.

– Петр Ильич общался с приемным сыном, – стал рассуждать вслух Борис, – теоретически можно представить, что Владимир подсыпал ему некий препарат, который вызвал инсульт. Дело это нехитрое, надо лишь пойти куда-то вместе пообедать, выждать подходящий момент, и готово. Владимир опытный фельдшер, прекрасно разбирается в лекарствах. Но как убийце удалось добраться до Амалии Генриховны? В дневнике не указано, знала ли она о возвращении в Москву чучела от первого брака. Если да, то Владимир мог ее пригласить в кафе."

"– Спустя месяц после смерти папы, – зашептала Лидия, – я вернулась домой, а мамы нет. Меня это удивило. Похоронив любимого мужа, она не вернулась в медцентр. Работа руководителя свалилась на мои плечи. Я с трудом справлялась с обязанностями, не могла заставить себя занять кабинет отца, заперла его, но потом пришлось открыть, документы-то у него хранились. Я уходила в клинику ни свет ни заря, а возвращалась поздно. Мама же носа из дома не высовывала. И вдруг – нет ее. Я занервничала, попыталась с ней по мобильному связаться, услышала в ответ: «Абонент находится вне зоны действия сети» – и перепугалась не на шутку.

Бегаю по квартире, не знаю, что делать. Мчаться в полицию с заявлением о пропаже человека? И тут звонок консьержа Виктора Николаевича, он сообщил: «Амалия Генриховна упала в подъезде». Я вам уже об этом говорила в первую нашу встречу. Мамочка перед смертью лепетала: «пу… пу… чу… чу». Я подумала, что она бредит. А когда прочитала дневник отца! «Чу… чу!» Возможно, она пыталась сказать: «Чучело, чучело». «Пу… пу» – это пугало, пугало. Врач, который делал вскрытие, сказал, что смерть наступила от инсульта. Часто он настигает человека после сильного стресса. Но я подозреваю, что Владимир отравил и папу, и маму. И хотел убить меня.