И поверь, они красивее и умнее меня.
Закончив длинную тираду, я облегченно выдохнула и с надеждой взглянула на чешуйчатого.
– Нет, – холодно бросил он.
– Что нет? – растерялась я.
– Мне не нужна невеста из соседнего княжества. Мне неважно, что ты не умеешь готовить, вязать и чего-то там еще. А еще мне глубоко безразлично на наличие у тебя тюфяка-жениха.
– Почему это тюфяка? – возмутилась я. Внутри все начинало закипать.
– Потому что будь он действительно смел и заинтересован в тебе, то уже бы пришел ко мне на мужской разговор.
– Может, он еще не знает?
Вместо ответа Эридан скептически усмехнулся.
– Значит, ты не поменяешь свое решение?
– Нет, – чешуйчатый резко поднялся и сделал шаг ко мне.
Это случилось так неожиданно, что я испуганно отшатнулась.
– Зачем я тебе? – прошептала, обхватывая плечи руками.
Эридан кончиками пальцев коснулся моего лица, словно пытаясь успокоить. Но тут же отдернул руку.
Я все еще ждала ответа. Зачем дракону понадобилась именно я, раз я так ему противна?
– Я так решил, – кинул опостылевшую фразу Эридан и развернулся к окну, давая понять, что разговор окончен.
Пока я спешила в свою комнату, обзывала дракона такими ругательными словами, которые юной княжне непристойно было даже знать. Но, в отсутствие братьев и сестер, детство я провела с крестьянскими детьми, они-то и научили меня подобному.
Постепенно злость затухала, уступая место страхам.
При мыслях о женихе в голове живо созрел новый план. Сбежать. Зря чешуйчатый считал его тюфяком. Тарен замечательный, а главное – он меня любил. Наша детская дружба давно переросла в настоящие романтические чувства.
Его отец богат. Очень богат. Уверена, он не пожалеет денег для сына и его невесты, чтобы мы сбежали и какое-то время тайно пожили в соседнем княжестве, пока все не уляжется.
Раздумывать долго не стала. Надела неприметное платье из плотной ткани, натянула шерстяные колготы – кто знает, куда меня судьба занесет, – да добротные башмаки.
На всякий случай сложила в поясной мешочек монеты, те, что остались с прошлой ярмарки, и шмыгнула в окно.
Сбегать через дверь смысла не было. У моих покоев дежурила нянька. Хотя с ней, седоволосой добродушной старушкой, еще можно было договориться.
