Ирина, увидев, что он вошел, отрицательно замотала головой, но сказать ничего не успела, потому что опять её скрутило над унитазом.

Александр, стоял рядом, гладил Ирину по спине и придерживал её волосы. А сам вдруг, поймав своё отражение в зеркале, понял, что в данный момент имеет недоверчиво-глупое выражение на лице. Он вспомнил, что она год назад сообщила, что её организму надо отдохнуть от спирали.

– И? – не понял он тогда сразу.

– И я хочу спросить тебя, муж мой, как мы будем предохраняться?

– Зачем, Ириша? Со мной тебе почти ничего не грозит.

– Уверен?

– Да.

Ирина, наконец, смогла оторваться от унитаза и умыться холодной водой.

Потом подняла глаза и замерла, глядя на Александра в отражении зеркала. Потом, что-то не рассмотрев там, в отражении, повернулась и уже всмотрелась так. Александр улыбался.

– Сколько нам? – и положил руку на её пока ещё плоский живот.

Вот это его ""нам"" ей понравилось больше всего. А ещё его большая и теплая рука на животе. Это было правильно. А она то, глупая, переживала, как он воспримет, поверит ли? Всё-таки негативный опыт с Кристиной у него уже был.

– Я вчера на УЗИ была. Врач сказал, 6-7 недель.

– А это ничего, что тебя тут вот… – он кивнул на унитаз, – может, надо в больницу лечь?"

"– Саааша! – Ирина рассмеялась, – это простой утренний токсикоз. Я сейчас водички с лимоном выпью, и мне станет лучше. Потом уже и кофе можно.

– Какой ещё кофе? Беременным нельзя кофе!

– Я вчера без кофеина купила, – со смехом произнесла Ирина, – в нем от кофе один запах и остался!

Эпилог

Ирина родила в срок, не доходив всего пару недель.

– Саша, нет смысла тебе здесь с нами оставаться. Успеешь ещё насладиться бессонными ночами. У тебя там суд через два дня, вот и занимайся им. Не хватало ещё, чтобы Александр Давыдов свой первый суд в статусе отца семейства проиграл!

Тот суд он, конечно же, выиграл. Но потом объявил о том, что уходит в декретный отпуск вместе с женой.

Макс, узнав, что у него родилась сестренка, прилетел через неделю и приволок в подарок огромного медведя. Потом, смущаясь, спросил, глядя при этом на малышку в руках матери:

– Можно мне её подержать?

И странное дело, он держал сестренку так, будто знал, как это делать правильно.