– Я сказал…

Ганин задумался: а что он сказал? Что он мог сказать?

– Пожалуйста, – дописал он. – Прошло слишком мало времени, Марина. Не отбирай у меня Варю.

– Я не отбираю Варю, Андрей. Ты будешь видеться с ней, как и раньше. Ничего не изменится."

"Мозг лихорадочно выдавал Ганину картинки. Марина с этим мужиком и Варей едут на юг. Мужик учит Варю плавать в море, держит ее за животик, поправляет надувной круг. Варя смеется. Мужик покупает Варе мороженое. Мужик ведет ее в кино, в страшные моменты Варя хватает его за рукав, а потом, к концу фильма, кладет голову ему на плечо. Мужик заполняет собой все. Вырастает больше земли, упирается головой в небо, прорывает макушкой небесный свод и хохочет. Бьет себя кулаками в грудь, как Кинг-Конг.

– Я убью его! – печатает Ганин. – Я еду в Москву!

Пауза. Марина думает, что ответить.

– Не дури, Андрей! Тебе надо успокоиться.

Пауза.

– Успокойся, и потом поговорим. Хорошо?

Как бы не так.

Ганин набирает ответ:

– Я приеду и втопчу его в пол.

– Ты сумасшедший, Ганин. Напиши мне, когда будешь в нормальном состоянии.

Он хочет еще сказать: «И, да, заведи себе отдельный долбаный скайп! Не смотри нашу с дочерью переписку!», но в этот момент видит, что Марины больше нет в сети.

Когда Ганин, шатаясь, подошел к месту стоянки, Фока, сначала не узнав его, отпрянул.

– Фу, Андрей! Ты прям как медведь!

Остальные подняли головы. Костер сделал их лица похожими на маски. Внутри масок блестели глаза.

– Налей водки.

Фока засуетился. Звякнул бутылкой, забулькала жидкость, Ганину протянули стакан. Он выпил залпом, и тут же все вышло наружу. Ганин успел только отвернуться, чтобы потоки рвоты не накрыли сидящих. Жидкость извергалась из него фонтаном, как в дурных комедиях. Спазмы подкосили ноги. Ганин упал на колени и уперся руками в землю.

Когда все закончилось, Фока спросил:

– Еще налить?

– Давай, – стоящий на четвереньках Ганин сплюнул. Слюна повисла на подбородке. Он смахнул ее тыльной стороной ладони.

Второй стакан пошел лучше. Узел в животе развязался. В голове прояснилось. Ганин засунул в рот сигарету и присел к костру. Все ждали, когда он начнет. И он начал.

– Что будем делать, ребзя?

– С танком? – для порядка уточнили те.

– С танком, – кивнул он.

– Я так считаю, – придвинулся к костру Фока. – Нам надо доставать телефоны и звонить всем. Кто даст лучшую цену, тому и отдадим. Вы как? – спросил Фока остальных.

Степан опустил глаза. Серега ковырял травинкой в зубах и почесывал голову. Виктор Сергеевич смотрел на костер.

– Этот ж танк, пацаны, – Фока завелся, видя, что никто не проявляет энтузиазма. – Это лучше, чем клад. Это… Ты! – он ткнул пальцем в Виктора Сергеевича. – Купишь себе все, что захочешь.